Библиотека

Танец блаженных теней (сборник) стр. 34

Размер шрифта
-
+
Тема

они скажут, что ты стерва.

Я был слегка ошарашен такой отчаянной откровенностью.

– А он тебе нравился?

– Да, конечно! Разве он мог мне не нравиться? Я же должна, правда же, я должна чуть ли не на коленях благодарить его, как моя мать. Он же подарил ей дешевого слоника из лавки старья…

– Он был у тебя первый? – спросил я.

– Первый постоянный. Ты это имел в виду?

Я не это имел в виду.

– Сколько тебе лет?

Она помедлила, раздумывая.

– Почти семнадцать. Я могу сойти и за восемнадцатилетнюю, и старше. Меня даже в пивной бар пускали.

– А в каком ты классе?

Она посмотрела на меня, слегка оторопев:

– А ты думал, что я еще учусь в школе? Я бросила школу два года назад. В городе есть перчаточное ателье, я там работаю.

– Наверное, это незаконно? То, что ты бросила школу.

– О, можно получить разрешение, если у тебя отец умер, например.

– А чем ты занимаешься в ателье?

– Кручу машинку. Она похожа на швейную. Скоро меня возьмут сдельно – там можно больше заработать.

– Хорошая работа?

– Ну не то чтобы я ее любила. Это просто работа… Ты слишком много вопросов задаешь, – заметила она.

– А ты против?

– Я не обязана тебе отвечать, – сказала она, голос у нее снова стал ровный и тихий. – Только если сама захочу.

Она подобрала юбку и провела по ней руками.

– У меня на юбке репейники, – сказала она и, нагнувшись, принялась отдирать их один за другим. – Все платье в репейниках, – повторила она, – мое лучшее платье. Интересно, следы останутся? Надо их потихонечку снять, тогда зацепок не будет.

– Не надо было надевать это платье, – сказал я. – Куда ты собиралась в нем пойти?

Она тряхнула юбкой, сбрасывая остатки колючек.

– Не знаю, – ответила она. Она приподняла эту жесткую блестящую юбку и сказала с едва заметным хмельным удовлетворением: – Просто хотела вам, парням, нос утереть! – сказала она с внезапным кратким всплеском порочности.

Она стояла передо мной с дурацким, задиристым видом, придерживая широкую юбку кончиками пальцев, и пьяное, хвастливо-подначивающее, дразнящее удовлетворение уже нельзя было спутать ни с чем.

– У меня дома есть кофта из пряжи под кашемир. Она стоит двенадцать долларов! – сказала она. – И еще у меня есть шуба, я за нее расплачусь… расплачусь уже к зиме. У меня есть шуба…

– Очень мило, – сказал я. – Прекрасно, когда можешь себе позволить красивые вещи.

Она отпустила юбку и залепила мне пощечину. Это было облегчение для меня, для нас обоих. Мы оба чувствовали, что внутри нас все это время назревает стычка. Мы уставились друг на друга со всей враждебностью, на которую только были способны, учитывая наше нетрезвое состояние; ее так и подмывало снова ударить меня, а я был готов схватить ее или дать ей сдачи. Следовало разобраться, что мы имеем друг против друга. Но наш запал угас. Мы перевели дух, упустили момент. А в следующую минуту, не потрудившись даже стряхнуть остатки враждебности, не соображая, как одно вяжется с другим, мы поцеловались. Я впервые в жизни поцеловал девушку без долгой подготовки, без сомнений, без излишней поспешности, без всегдашнего смутного разочарования после. И, трясясь от смеха в моих объятьях, она снова заговорила как ни в чем не бывало,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.