Библиотека

Темное дело стр. 121

Размер шрифта
-
+
Тема

это была их затея, пометили, чтобы моя партнерша отдала тем, к кому они должны попасть, нам осталось только вытащить нужные фишки. Номера я помнил… дал задание… Удачно получилось, мы стали часто разыгрывать фанты. Простите, не знал, что вас будут шантажировать.

– А вы не помните, кто снимал поцелуй? – спросила Сима.

– На вечерах многие щелкают фотоаппаратами, это же память.

– И Виолетта была на том вечере?

– Что вы, горничным нельзя, хозяин строго-настрого запретил. Хочешь отдохнуть – иди в другой ресторан, у нас здесь этого добра…

– Еще вопрос: подруга Виолетты жила в этом отеле?

– Мм… Да! У нас тогда сезон выдался необычайно удачный, приходилось часто программы вести и в этом отеле, и в других, а реквизит здесь, в подсобке. За аренду, разумеется, мы платим. Я возил реквизит в багажнике, а все не увезешь, то забыл что-то, то поменять приезжал. И встречал девушку… раза три. Да.

Никита пододвинул к нему доллары, Гримаса рассыпался в благодарностях, не чаял и не гадал, что за такую ерунду получит пять сотен баксов. Свернулись быстрей, чем готовились к показу, Серафима с Никитой первыми вышли во двор, миновали его, она радовалась, будто выиграла в джекпот миллион:

– Боже мой, как повезло! Так просто! А

он… Аванесов… честно отрабатывал баксы, очень старался. Как здорово! Теперь нам осталось расколоть Виолетту… Лично мне ясно: в номере снимала Яну она, а вот дальше… Станет ли говорить?

– Ты убедишь ее, у тебя дар…

Никита обнял ее за плечи, и Сима в очередной раз чуть не растаяла, но вдруг раздался приглушенный и короткий мужской крик. Несколько мгновений оба прислушивались, замерев, но крик не повторился, только неотчетливо раздавались хрипение, удары, возня.

– Это во дворике, – дошло до Никиты. – Гримаса должен был идти за нами следом…

– Никита!

Серафима попыталась удержать его, когда он рванул назад, она и ахнуть не успела, а Никита забежал за угол. Девушка всплеснула руками, прошлась туда-сюда, а стоило ей представить, как на его голову обрушивается «тяжелый предмет» под условным названием дубина, и она помчалась за ним. А что там бежать! Три с половиной шага.

Попав во двор, Серафима в растерянности стала как вкопанная, не понимая, кто где и к кому бросаться на помощь. На освещение задних дворов люди особо не тратятся, а зря. Свет падал жуткий, тусклый и все равно бил по глазам, но она видела потасовку. Одни силуэты… переплетались, падали…

– Не меня, дурак! – прорычал некто, но не Никита. – Его! Его хватай…

– А… а… а… – Это был стон, жалобный и протяжный.

– Прекратите… – сказала Серафима строго, правда, тихо, ее и не услышали. Но если так дальше пойдет, то живых не останется. – Я милицию вызову… уже… вызываю…

Вдруг один отлетел и упал на ящики, потом второй отлетел в противоположную сторону и шмякнулся на землю, а тот, кто остался стоять, кинулся к Серафиме. Она присматривалась, кто к ней бежит, но так и не поняла, потому что свет падал сзади. Вдруг человек налетел на нее, схватил за плечи и отшвырнул.

Серафима оторвалась от земли, пару секунд находилась в свободном полете,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.