Библиотека

Темный эльф. Хранитель стр. 171

Размер шрифта
-
+
Тема

есть: вряд ли тысячелетний маг не предчувствовал свой Уход. Вряд ли мог не заметить признаки увядания, которые появились не год и даже не два назад. Повелитель всегда был хорошим стратегом, а потому наверняка готовился заранее. И вот теперь, когда пришло время, наконец использовал тщательно продуманный козырь – единственного в Темном лесу хранителя, которого Торриэль мог принять и выслушать. А вернется ли тот хранитель обратно или нет, уже не важно. Его задача выполнена. Осталось только довести ее до конца насколько хватит сил.

– А потом можно и порадовать Ледяную богиню, – улыбнулся Линнувиэль собственной вымученной шутке. После чего погладил теплую кору родича и, вздохнув, нетвердой походкой отправился обратно.

Он должен дойти. Просто обязан закончить этот путь достойно. И сделает все как надо. Дойдет, сумеет, справится. Никто не узнает, до чего трудно делать эти последние шаги. Никто не поймет и не увидит его личного ада. Не должны увидеть, а значит, он не покажет.

Младший хранитель сжал зубы и, упрямо вскинув голову, выпрямился. Позвоночник стегнуло немилосердной болью, в глазах потемнело, внутри что-то с противным звуком лопнуло, а на языке появился соленый привкус, но с побелевших губ не сорвалось ни единого звука. Ни стона, ни проклятия, ни вздоха. Нет, он не сдастся, не упадет и не отступит. Не станет скулить умирающей дворняжкой. А пройдет дальше столько, сколько сможет, будет по-прежнему спокоен, невозмутим и бесстрастен. Будет сопровождать молодого лорда хотя бы до Борревы. Да, именно до нее, потому что на большее просто не хватит сил. Но туда он доберется во что бы то ни стало. Что же касается смерти… плевать. Пусть приходит, холодная гостья.

Линнувиэль сумел сделать так, что никто из сородичей не заподозрил неладного. Смог вежливо улыбнуться Мирене, уже проснувшейся и с надеждой посматривающей на Белика в ожидании откладывающегося со вчерашнего вечера разговора. Едва заметно кивнул Корвину, обменялся приветствием с Атталисом, на вопросительный взгляд Маликона успокаивающе махнул, а потом с каменным лицом забрался в седло и продолжил путь как ни в чем не бывало. До Борревы, что должна была показаться на горизонте уже этим вечером. Главное – держаться, не выдать себя неосторожным словом. Терпеть и идти дальше, не обращая внимания на холод в онемевшем теле, на сведенные судорогой пальцы, не прекращающийся ни на минуту колокольный звон в ушах и настороженные взгляды Белика.

Просто идти вперед… идти… идти… держаться и снова идти…

Он не помнил, как дожил до того момента, когда перед затуманенным взором величаво проплыли ворота человеческого города. Не помнил, с кем и о чем говорил на дневном привале. Не помнил ни шума листвы,

ни голосов птиц, радующихся вернувшемуся солнцу. Ни шороха ветра в вышине, ни теплых лучей на влажном от пота лице. Не слышал ни одного слова из тех, что говорила ему Мирена. Не обратил внимания ни на одну колкость, отпущенную в адрес «слабосильных ушастиков, засыпающих на ходу от какой-то простенькой царапинки». Перед глазами все двоилось, во рту поселился стойкий привкус крови. В затуманенной голове проносились странные образы и непонятные видения, от которых его бросало то в жар, то в холод. Порой он вынужденно мотал головой, чтобы понять, где реальность, а где горячечный бред. Эльфийские целебные травы больше не помогали, да и не мог

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.