Тетрадь князя Путятина стр. 4
но и пустоцветом всю жизнь просидеть тоже ничего хорошего. Вот почему все чаще Анна замечала на Фефином лице отражение тяжких раздумий и со дня на день ждала, что та приступит к штурму непробиваемой крепости ее молчания.
Хорошо, что рядом всегда была Маша. При девочке, которая в девять лет уже многое понимала, начать стрельбу из всех орудий Фефа не решалась, но Анна чувствовала: терпение у Фефы заканчивается. Она никогда не склоняла Анну к тому, чтобы стать с Иваном Павловичем настоящей семьей. Понимала: жизнь с нелюбимым хуже неволи. Но у нее, однако же, был свой резон. Фефа была уверена, что девочке нужен настоящий отец, а не «залетное привидение», как она называла Егера.
Из задумчивости Анну вывел шофер дядя Паня – производное от Пантелеймона, – резко затормозивший перед перебегавшими дорогу детьми. Анна чуть не сунулась носом в переборку. Едва успела ухватиться за поручень.
– Вот паразиты! Нарочно, что ли, под колеса лезут?
– Приехали? – спросил, потирая лоб, Федя Черенков.
Анна взглянула с усмешкой – а не надо было спать на работе – и тут же устыдилась своего раздражения. Черенков – парень перспективный, есть в нем сыщицкая косточка, но ей нужен Лазута, верный друг и напарник уже много лет. И какого черта его так надолго услали на курсы? Какая учеба, если она без него зашивается?
– Дойдете отсюда пешком, – буркнул дядя Паня, – а то не развернусь там. Вся улица дерьмом всяким закидана. Пожарники постарались, будь они неладны!
Дядя Паня тоже был не в настроении с утра, и Анна его понимала, поэтому молча вылезла из машины и, не оглядываясь, пошла к парадному сгоревшего дома.
Впрочем, дом, как оказалось, сгорел не полностью – только три квартиры по вертикали, – и это радовало. Раз квартиры напротив уцелели, значит, будет с кем поговорить.
У входа их встретил бледный управдом.
– Гаврила Романович Кемарьков, – представился он, одернув кургузый, еще дореволюционный сюртучок.
– Чебнева, уголовный розыск, – показала удостоверение Анна.
– Так вы думаете, что это поджог? – немедленно задал вопрос Кемарьков.
– Мы ничего не думаем, мы выясняем причину смерти человека, – строго ответила она сообразительному управдому и взглянула изучающе: – А почему вы решили, что поджог?
– Я? – вытаращил глаза тезка знаменитого поэта. – Да вы же сами… То есть я подумал…
– Не надо думать, товарищ Кемарьков, – добавила суровости Анна. – И обсуждать с кем бы то ни было – тоже. Проводите нас в квартиру, где обнаружен труп.
– Так я для этого вас и встречаю, дорогие товарищи!
– Почему вы, а не участковый?
– Так тот уже поквартирный обход начал. Мне велел дождаться приезда компетентных органов, – суетясь и заглядывая ей в глаза, засеменил к парадному Кемарьков.
Анна оглянулась на Черенкова.
– Найди его, Федя. Как закончите, присоединяйся.
– Есть, – козырнул Черенков и побежал вперед.
Пока стояли в ожидании лифта, Анна расспрашивала управдома о жильцах квартиры, с которой начался пожар.
– Из бывших, – немедленно сообщил Кемарьков. – Путятин Николай Львович, раньше князь, а нынче инженер.
– Прямо-таки князь?
– Представлялся таковым. Бумаг мы не видели, конечно. Хотя какие сейчас бумаги…
– А зачем ему представляться князем? – повернулась к управдому Анна.
– Оно, конечно, незачем, однако в этом доме в основном бывшие живут. Тут, знаете ли, чтобы за своего сойти, вернее всего, следует обнаружить в биографии