Техники судьбы. О смешных приметах, нелепых совпадениях и бюро судеб, которое работает без выходных стр. 89
часы. В такие моменты люди хотят уйти как можно скорее.
– И вы их провожали?
– Да, провожала, – металлическим голосом произнесла женщина, – если они сильно просили.
Ягодкина не верила своим ушам. Это было не просто нарушение всех главных правил, это… Это была катастрофа. Перед ней действительно стояла бунтарка и уголовница.
– Но ведь это же незаконно! Вас должны были судить!
– А почему, по-твоему, я живу уже почти четыре века? – усмехнулась женщина с серебряной косой.
– Таблетки от старости, их же всем дают…
– Ха! Таблетки. Техники судьбы уходят на пенсию в двести два года, если сами не сдуются раньше, – торговка сладостями замотала головой. – Не-е-ет. Таблетки не дают бессмертия. А я их не принимаю уже триста лет. Это мое бремя, и в тебе я вижу те же сомнения, что были у меня. Так что, если не хочешь такой судьбы, – она показала на косу, – увольняйся и найди себе нормальную работу.
* * *Этим же вечером, за два часа до смены, Ягодкина разыскала Костю, чтобы поделиться новостями. Парень зашел в офис Бюро, чтобы установить обновление на свой судьбофон. Они столкнулись в столовой. Костя набрал целый поднос и, не успев сесть за стол, принялся жевать. Настя взяла только кофе.
– А что, действительно люди видят своего техника за минуту до смерти? – спросила Ягодкина, после того как рассказала о встрече с бывшей сотрудницей.
– Есть такое, – чавкал с набитым ртом Костя.
– И что ты обычно говоришь им?
– Я? Ничего не говорю. Зачем мне с ними говорить? Слушать их нытье? Просто молча жду, пока все закончится, сливаюсь с интерьером.
– То есть тебе даже не интересно, что у человека внутри?
– Органы внутри и желчь, – надменно цыкнул Костя и отхлебнул из кружки.
– Но ведь ты десятилетиями ведешь человека к его финалу, а иногда – целую семью. Разве ты не хочешь рассказать им о том, что это ты подкручивал винтики их судеб, а многие их решения были заранее спланированы и несли какой-то смысл.
– Да нет никакого смысла, Ягодкина! – Костя начинал раздражаться. – Это просто работа. Ау-у! Никто не знает, что там с этой судьбой. Может, и нет никакого замысла, просто кто-то развлекается, посылая нам дурацкие задания. Расслабь булки и живи спокойно. Я даже имена их не всегда запоминаю. Один ушел – другого назначили. Родился – помер. Кому какое дело?
Настя была в шоке. Этот человек, этот циничный кусок личности не имел даже представления о сострадании. И, судя по его словам, все вокруг рассуждали точно так же.
– Ты куда? – спросил Костя, когда Ягодкина резко встала из-за стола, пролив на него немного кофе.
– На работу. Не хочу, чтобы к моему подопечному, моему Аркадию Семеновичу, в самом конце жизни приставили такого техника, как ты.
– Удачи, – закатил глаза парень и принялся за десерт.
* * *– Снова ты? – спросила торговка сладостями, заметив на пороге магазина девушку.
– Я остаюсь работать, – твердо заявила Ягодкина. – Но прошу вас один раз помочь мне справиться, пожалуйста. Я не хочу быть как все. Хочу, чтобы мои клиенты уходили достойно.
После непродолжительного молчания старуха кивнула. Она взяла упаковку конфет и начала запирать отдел.
– Зачем это? – спросила Ягодкина, показав на сладости.
– Я всегда угощаю их при встрече, – улыбнулась