Библиотека

Том 1. Корни обнажаются в бурю. Тихий, тихий звон. Тайга. Северные рассказы стр. 8

Размер шрифта
-
+
Тема

потомства»…

Великие пути проходятся иногда малыми и неспешными шажками… Эти рыбки, существа смертные, предельно уязвимые, сохраняют свое существование не тем, что пребывают в застылом, неизменном состоянии, подобно маскам богов, а том, что стареющее, исчезающее оставляет поело себя другое, юное и подобное себе. Божество жизни остается вечно юным.

Роман «Корни обнажаются в бурю» — первое обращение писателя к остродраматическому материалу современности — и стал средоточием множества характеров, ищущих, подобно самому автору, высшего смысла своего существования, сущности тех таинственных закономерностей, что выявляются в жизни тайги, океана, рек… Значительную часть оценок, суждений о жизни, вообще социально-нравственной проблематики романа Петр Проскурин связал с молодым героем, вчерашним десятиклассником Сашей Архиповым. Ему предстояло — и это труднее всего — «вписаться» в жизнь взрослых людей, прошедших войну, уразуметь те скрытые еще для него нравственные устои, которые скрепляли народ, делали его сильным и вечным в час катастроф и испытаний.

В маленьком поселке леспромхоза, где живет с матерью Саша Архипов, его старшие друзья — бывший фронтовик Васильев, директор леспромхоза Головин, гибнущий во время таежного пожара, и протекает сложное, изобилующее множеством внутренних коллизий, становление характера молодого героя. Он видит и борьбу Головина за будущее лесов и вод, активно участвует в схватках его с демагогом Почкиным, живущим без мысли о будущем, поплевывающим на всякую мечту: «Из мечты супа не сваришь!» В таком «реализме» Почкина, в явном индивидуализме Косачева, залетного художника из Москвы, для которого тайга, пожар лишь повод заглянуть в себя, в свое «непомерно разросшееся „я“», молодой герой почувствовал душевную дряблость, опустошенность, безответственность перед народом и его будущим.

И герой повести «Тихий, тихий звон» Сергей Тюрин, работающий в артели сплавщиков, после многих встреч, драматичных событий (гибель друга) осознает, что, помимо забот дня текущего, есть у настоящего человека и высший смысл жизни. «Урвать да удрать» — к этому звал его циник Козин. Но в конце повести молодой герой, многое усвоивший у своих старших друзей, вроде Самородова, заслышал в себе тихий-тихий звон, зов вершин. Герой понял, что в этом спокойном, внешне однообразном и тяжком труде Самородова есть смысл, который именуется зарождением, развитием, приумножением жизни, в конечном счете творчеством. Тюрин видит нерестилище кеты, сокровенное место, где также зарождается жизнь, и впервые обнаруживает там не хаос и бессмысленность, а сложный порядок, видит стихийное самопожертвование и исполнение долга.

«Что и как бы я ни подумал об этих рыбах, им наплевать, они выполнили свое, раз и навсегда им заказаны свои пути, и они никогда не свернут с них, сколько угодно можно иронизировать, ничто не изменится в этой не зависимой ни от кого жизни. Наконец я отрываю глаза от воды и как-то сразу понимаю, что никуда не уйду от этой реки с таким звучным названием Игрень, не смогу уйти», — этим наивным, но чистым нравственным обязательством, данным самому себе, начинает утро своей зрелости герой Петра Проскурина.

* * *

У впечатлений детских лет — огромная «сила всхожести»! Современный человек не всегда может вспомнить все, что промелькнуло в спешке вчерашнего дня, но что случилось на заре туманной юности не только вспоминается с необыкновенной четкостью, внутренним удовлетворением, но нередко и набирает силу, «обрастает» новыми, все более яркими подробностями. «Время проходит!» —

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.