Том 4. Белая гвардия, Дни Турбиных стр. 501
Шервинский . Так я и знал! Что за несчастье! Все твердят одно и то же: Шервинский — адъютант, Шервинский — певец, то, другое… А что у Шервинского есть душа, этого никто не замечает. И живет Шервинский как бездомная собака, и не к кому Шервинскому на грудь голову склонить.
Елена (отталкивает его голову). Вот гнусный ловелас! Мне известны ваши похождения. Всем одно и то же говорите. И этой вашей, длинной. Фу, губы накрашенные…
Шервинский . Она не длинная. Это меццо-сопрано. Елена Васильевна, ей-богу, ничего подобного я ей не говорил и не скажу. Нехорошо с вашей стороны, Лена, как нехорошо с твоей стороны, Лена.
Елена . Я вам не Лена!
Шервинский . Ну, нехорошо с твоей стороны, Елена Васильевна. Вообще у вас нет никакого чувства ко мне.
Елена . К несчастью, вы мне очень нравитесь.
Шервинский . Ага! Нравлюсь. А мужа своего вы не любите.
Елена . Нет люблю.
Шервински й. Лена, не лги. У женщины, которая любит мужа, не такие глаза. Я видал женские глаза. В них все видно.
Елена . Ну да, вы опытны, конечно.
Шервинский . Как он уехал?!
Елена . И вы бы так сделали.
Шервинский . Я? Никогда! Это позорно. Сознайтесь, что вы его не любите!
Елена . Ну, хорошо: не люблю и не уважаю. Не уважаю. Довольны? Но из этого ничего не следует. Уберите руки.
Шервинский . А зачем вы тогда поцеловались со мной?
Елена . Лжешь ты! Никогда я с тобой не целовалась. Лгун с аксельбантами!
Шервинский . Я лгу?.. А у рояля? Я пел «Бога всесильного»… и мы были одни. И даже скажу когда — восьмого ноября. Мы были одни, и ты поцеловала в губы.
Елена . Я тебя за голос поцеловала. Потому что голос у тебя замечательный. И больше ничего.
Шервинский . Ничего?
Елена . Это мучение. Честное слово! Посуда грязная. Эти пьяные. Муж куда-то уехал. Кругом свет…
Шервинский . Свет мы уберем. (Тушит верхний свет.) Так хорошо? Слушай, Лена, я тебя очень люблю. Я тебя все равно не выпущу. Ты будешь моей женой.
Елена . Пристал, как змея… как змея.
Шервинский . Какая же я змея?
Елена . Пользуется каждым случаем и соблазняет. Ничего ты не добьешься. Ничего. Какой бы он ни был, не стану я из-за тебя ломать свою жизнь. Может быть, ты еще хуже окажешься.
Шервинский . Лена, до чего ты хороша!
Елена . Уйди! Я пьяна. Это ты сам меня напоил нарочно. Ты известный негодяй. Вся жизнь наша рушится. Все пропадает, валится.
Шервинский . Елена, ты не бойся, я тебя не покину в такую минуту. Я возле тебя буду, Лена.
Елена . Выпустите меня. Я боюсь бросить тень на фамилию Тальберг.
Шервинский . Лена, ты брось его совсем и выходи за меня… Лена!
Целуются.
Разведешься?
Елена . Ах, пропади все пропадом!
Целуются.
Лариосик (внезапно). Не целуйтесь, а то меня тошнит.
Елена . Пустите меня! Боже мой! (Убегает.)
Лариосик . Ох!..
Шервинский . Молодой человек, вы ничего не видали!
Лариосик (мутно). Нет, видал.
Шервинский . То есть как?
Лариосик . Если у тебя король, ходи с короля, а