Требуются отдыхающие стр. 80
пополам, стоял Сергеев и хватал ртом воздух. Люська рассмеялась. Миллионер хренов, придурок ненормальный. Тоже мне, владелец заводов, газет, пароходов!
– Кто же это к женщине, воспитанной при Советах, так подкрадывается? У меня реакция автоматическая, могли бы еще и в глаз получить, – сказала она, доставая из пачки новую сигарету. Предыдущая отлетела в сторону во время военных действий и лежала на полу, отмеченная Люськиной красной губной помадой.
– Ну, Люсинда! – прохрипел Сергеев, поднимая сигарету. Он сунул ее в пепельницу и уселся на подоконник. Люське ничего не оставалось, как стоять перед ним.
– Ничего если я тут посижу? – поинтересовался он у Люськи. – Я теперь по вашей милости ранен, мне можно. А хотите, садитесь рядом?
Сергеев похлопал по подоконнику рядом с собой.
– Слушаю вас внимательно, Петр Васильевич, вы ж по делу, наверное, поговорить хотели. Не иначе, – строго заметила Люська, игнорируя его предложение. Она закурила новую сигарету и выпустила дым в противоположную от Петюнечки сторону, хотя соблазн дунуть дымом ему в лицо был очень велик. Но, как правильно сказала Разумовская, Люська была девушкой воспитанной, из интеллигентной семьи.
– Откуда вы знаете, что я Васильевич? – на лице Сергеева было написано неподдельное удивление.
– Здравствуйте, приехали! – в свою очередь удивилась Люська. – Я что, по-вашему, блондинка из телевизора? Я вообще-то бизнесом давно занимаюсь и прежде, чем к вам сюда на работу наниматься, сведения собрала, кто вы такой за человек, нет ли за вами разных делишек нехороших.
– И как?
– Что как? Вы сами разве не знаете?
– Я про себя все знаю, не знаю только, что про меня можно нарыть из посторонних источников.
– О! Так вам я теперь и сказала, пусть будет небольшая интрига.
– Все вы женщины …. – Сергеев устало потер лоб.
– Кто? Сволочи – это мужики, а тетеньки, наверное, суки или того хуже лица легкого поведения?
– Точно. Именно этого поведения, – согласился Сергеев.
– Как же вам дамочки-то насолили? Неужели все именно этого поведения попадались?
– Поведение – полбеды! Основная беда – это ваша продажность, извиняюсь, склонность к проституции, потому как мы завсегда, так или иначе, вам платим!
– Кто же это вы? Поясните, пожалуйста.
– Мы, лица мужского пола.
– Ага! Только эти лица, я вам скажу, почему-то у меня и моих приятельниц все норовят чего-нибудь оттяпать. Может, я на женщину не похожа вовсе? – при этих словах Люська кокетливо поправила пиджачок. Это у нее получилось совершенно автоматически, ведь, чего-чего, а кокетничать с Петюнечкой Люська ни минуты не собиралась.
– Еще как похожа! Неужели прямо так и оттяпать? И всю жизнь только такие сволочи вам и попадались? – в словах Сергеева сквозило
неподдельное удивление.
Ага, небось думал, что она порхает, как настоящая блондинка, от одного богатого дядьки к другому, ни в чем не зная отказа.
– Нет. Врать не буду. Один был нормальный. Мотоцикл мне даже подарил. Марки бэмэвэ, да вы видели. Только нормальные около меня почему-то надолго не задерживаются, – печально заметила Люська, вспомнив Гвоздева.
– Значит, тот, который чего-то дарит, тот нормальный?
– Знаете, я только к сорока годам начала понимать, что мужчины и женщины – это совершенно разные люди и не только физиологически, а прежде всего психологически. В них природой заложены абсолютно противоположные, но при этом хорошо дополняющие друг друга, функции. Поэтому женщина