Библиотека

Тринадцать ящиков Пандоры стр. 178

Размер шрифта
-
+
Тема

и вернул остатки ланча на один из кухонных стульев, выставленных на лестничную площадку. Почувствовал себя получше. Из квартиры продолжали доноситься крики и звук битого стекла. Вдруг что-то с силой ударило в дверь, выгибая ее наружу. Петр потянул женщину к лестнице. Моника перестала смеяться, но вопросов не задавала. Послушно бежала следом, стуча высокими каблуками.

Когда садились в машину, Петр услышал шум сверху. Вылетело стекло — и разбилось на улице рядом со входом. Он пристегнул отупевшую Монику ремнем безопасности и рванул с места под писк покрышек.

Это было совершенно не в его стиле: безумно и нерационально. Он понимал, что пытается спасти чужую, по сути, женщину. Она ему нравилась. Но ведь только из-за того, что тебе кто-то нравится, собственной жизнью не рискуют.

Эти вопросы он оставил на потом. Сейчас следовало действовать. Его сознание, несмотря на стресс, как раз выстраивало теорию на основании неполных данных. У него была рабочая концепция спасения Моники. Он делал выводы, руководствуясь элементарной логикой: если они появляются там, где он бывал, то там же могут и исчезать. Вероятность исчезновения Моники на Шпицбергене была куда меньше. На экзотическое путешествие времени не оставалось, к тому же у нее не было даже паспорта. Следовательно — случайно выбранное место. То, куда бы он никогда не поехал с женщиной. Некоторое время он раздумывал, но потом просто погнал вперед.

Сколько же таких миров? Сколько Моник погибает в каждый момент времени? Не думать об этом! Все равно он ничего об этом не знает! Так что делай, что сможешь, чтобы спасти эту вот одну!

Моника спала, словно ничего и не случилось. Петр время от времени касался ее руки, проверяя, на месте ли она. Они выехали за пределы Варшавы.

* * *

Секретность сохранить не удалось. В час ночи вход в дом был окружен полицейской лентой, а непрошеных гостей останавливали несколько десятков сотрудников полиции. Но уже в нескольких метрах от них стояло штук двадцать машин со съемочными группами польских и иностранных телестанций. То и дело сверкали вспышки. На улице под черным целлофаном лежало несколько тел. Тротуары покрывали битое стекло и неидентифицированная темная субстанция. Окна в квартире на четвертом этаже были выбиты. Из одного торчала рука: предплечье и ладонь, словно кто-то, сидящий внутри, выставил их за подоконник ленивым жестом маневрирующего в жаркий полдень таксиста. Именно такие фото появились почти во всех газетах, а половина телеканалов с этого ракурса начинали утренние новости.

Никто, кроме полиции, не видел квартиру. Только одна из газет процитировала анонимного информатора: «Выглядело так, словно на

пол насыпали гору перемолотого мяса, а потом сунули под нее две гранаты».

Высокий полицейский в гражданском костюме вышел из дома и направился к припаркованному за лентой «Пассату». Его сразу окружило несколько теле- и радиорепортеров, а те, кто стоял подальше, быстро хватали оборудование, включая его на бегу.

Полицейский оперся о закрытую дверь машины и движением ладони заставил репортеров замолчать:

— Пожалуйста. Я уже не веду это дело. Со всеми вопросами прошу обращаться к этим вот господам, — махнул он рукой на трех людей в черных костюмах.

Игнорируя лавину вопросов, он сел в машину и уехал в сторону встающего солнца.

* * *

Петр проснулся на

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.