Тропа Кайманова стр. 336
служба у техника-интенданта. Что касается работы с людьми, ясно, что Ковтуну до Галиева далеко. Кроме того, за Ковтуном утвердилась слава веселого человека — мастера на всякие розыгрыши и шуточки. Ну как он начнет и тут свои художества показывать, когда и без него веселья хватает...
«Все же Ковтун — офицер, человек неглупый... Должен же он по-серьезному отнестись к своему назначению, — раздумывал Самохин. — А не обратиться ли к полковнику Артамонову, чтобы он вообще никого не присылал?.. Тоже ведь нет оснований. Ковтун еще и работать не начал, за что же на него тень наводить?..»
Андрей обнял на прощание Галиева, проводил его до калитки.
— Ну вот, Амир Абдуллович, — сказал он, вздохнув, — недолго мы с тобой вместе командовали. Только мало-мальски стали разбираться, что к чему... В общем, желаю тебе на самостоятельной работе всяких удач. Ни пуха ни пера...
— К черту, к черту! — Галиев сплюнул через плечо. — Не знаю, как получится, — искренне признался он. — Больно ответственно... Всю жизнь старшиной, а теперь надо за начальника соображать.
— Не прибедняйся, — с некоторой завистью возразил Самохин. — Дауган — дом родной. Люди там тебе известные, старослужащие. Да и каждую сопку, каждый отщелочек как свои пять пальцев знаешь.
— Знать-то знаю... Да ведь пополнение придет, учить надо.
— Научишь. Не впервой...
Они еще раз пожали друг другу руки и разошлись: старшина направился по широкой улице поселка к шоссе ловить попутную машину, Самохин вернулся в свою комнатку, служившую ему и канцелярией оперпоста, и жильем, снял трубку, попросил дежурного связать его с начальником отряда.
Доложив Артамонову, что «на посту без происшествий», Андрей, откашлявшись, сказал, насколько мог убедительнее:
— Товарищ полковник, я никогда не обращался к вам с личной просьбой, но сейчас очень прошу... Я знаю, что в отряд из госпиталя прибыла группа снайперов-фронтовиков... Дайте мне двух хороших ребят, заслуженных, с наградами, с боевым опытом. Фронтовики мне просто необходимы...
— Хочешь фронтовиками своих нарушителей дисциплины прижать?
— Так ведь иначе не прижмешь! Пока что есть у меня такие, кого надо прижимать.
— А с твоими «апостолами» как думаешь поступить?
— Есть задумка...
— Все-таки?
— Думаю, товарищ полковник, перед инспекторской провести учения на местности. Личный состав разобью на две группы. Одной назначу командовать Павла Охрименко, а другой — Петра. Пусть они сами и посоображают, как задержать, да посоревнуются между собой. На разборе учений покритикуем их, чтобы каждый солдат выступил и сказал, правильно ли командовали Охрименки или неправильно...
— Ну что ж, добро.
Полковник помолчал, затем негромко то ли спросил, то ли сказал утвердительно:
— Трудно тебе, Андрей Петрович...
— Не жалуюсь, товарищ полковник, на новом месте да с новыми людьми бывает... не все ладится...
— Правильно делаешь, что не жалуешься: других людей у нас нет. Надо этих настоящими бойцами сделать. В крепких руках и твои «апостолы» должны стать настоящими солдатами.
«Когда-то они будут?» — невольно подумал Андрей. Вслух сказал:
— Галиева бы не забирали, товарищ полковник...
— Галиева оставить не могу. Сам знаешь, заставу принимает. Оно бы по праву Дауган тебе надо отдать, но там все налажено. На Даугане и Галиев справится,