Библиотека

Трудная ноша. Записки акушерки стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

в зависимости от рабочего графика, та первая ночная смена привела меня в полное замешательство. Как заставить себя не заснуть? Как и когда поесть? И, кстати, что поесть? Я знала, что за смену, которая длится двенадцать часов с четвертью, у меня будет три перерыва, но означало ли это завтрак в десять вечера, обед в час ночи и ужин в шесть утра? Может, все наоборот? Всю предыдущую неделю я собирала в сумку аккуратно свернутые пакетики с едой, подходящей для любых причуд моего настроения и аппетита. Любой, кто увидел бы, как я тащу по больничной парковке мешок с энергетическими батончиками, рисовыми хлебцами, фруктовыми салатами и кукурузными палочками, наверняка бы решил, что это для пациента, ложащегося на длительную госпитализацию, а не для практикантки, явившейся всего на одну смену.

Забросив свою ношу за плечо, я прошла мимо приземистой статуи беременной, стоявшей у входа в здание; ее яйцевидный живот был гладкий и ровно светился в темноте. Статуя равнодушно смотрела, как я вхожу в вертящиеся двери и направляюсь к раздевалкам для персонала.

В каком-то смысле это помещение в родильном отделении – великий уравнитель: если вспомнить популярный совет «представьте всех их голыми», то раздевалка как раз позволяет перепуганным новичкам увидеть своих коллег в буквальном смысле без одежды. Старшая сестра, которая вам нагрубила, и вы потом плакали? Да на ней же трусы-недельки! Ассистентка, которая сделала вам замечание за то, что вы завязали мусорный мешок узлом, вместо того, чтобы сложить, как положено, «лебединой шейкой»? Эпиляция подчистую и кружевные стринги – даже воображать ничего не надо. Стоя между шкафчиков перед той своей первой сменой, я смотрела на женщин вокруг меня в разных стадиях переодевания – с разными фигурами и формами, с провисшей кожей или подтянутыми животиками, идеальными хвостами на затылках и такими, при взгляде на которых вспоминалась старая швабра, – и говорила себе: «Они просто женщины, такие же как ты. Никакой разницы.

Они тоже с чего-то начинали. Все будет хорошо».

Однако этой уверенности хватило ненадолго. Перебирая чистые хирургические костюмы, сваленные в кучу возле двери, я поняла, что остались только размеры XXL и XXXL. Конечно, две беременности заметно сказались на моем теле, но не до такой степени, чтобы носить форму, в одну штанину которой поместится весь больничный персонал. Мне показалось настоящим чудом, что в этой куче отыскался-таки костюм без пятен чернил или крови; я натянула через голову рубаху, напоминающую туристскую палатку, и затянула брюки на талии шнурком.

Группка женщин собралась перед зеркалом, оживленно болтая в облаках дезодорантов и парфюма. Я стояла у них за спиной и рассматривала свое отражение, чувствуя себя настоящим клоуном изнутри и снаружи. Громадные брюки волочились по полу, а в вырезе рубахи пытливый наблюдатель запросто мог разглядеть мой сероватый «рабочий» бюстгальтер. Часы над зеркалом показывали 19:22, смена начиналась в 19:30, и мой постыдный дебют в этом цирке должен был вот-вот наступить. Я приколола к груди значок: «Акушерка-практикантка Хэзард», уже предвосхищая неизбежные шутки относительно моей «опасной» (hazard – англ., опасность) фамилии, которые будут преследовать меня на всем протяжении новой карьеры. (Должна честно признаться, что в следующие годы, доведенная до предела постоянной бессонницей, я время от времени позволяла себе заходить к чересчур настойчивым

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.