Трудный месяц май стр. 41
вниз по долговязой фигуре и сразу отметил и пятна глины на коленках, и порыжевшие кеды, и непокрытую голову.
— Что не по форме?
— В каком смысле, дядя Армен? — уточнил Барбос, ввинчиваясь взглядом в глаза Осипова. Не впервые сталкивались, но всякий раз Валера сперва пытался сам у старшего лейтенанта выведать, что тому известно.
Осипов без слов дотронулся до фуражки.
— А-а, без шлема чего?
— Да, без шлема.
— А-а, а он… дома. — И у Валеры даже хватило присутствия духа пошутить: — Погода нелетная, дядя Армен!
— И непролазная, — твердо глядя на Крахмалова, отчеканил Осипов.
— В каком…
В другое время Осипов, может, и дал бы в дурачка поиграть, но сейчас было не до психологических опытов.
— В таком. — И он сунул под нос «летчицкий» шлем.
— Товарищ старший лейтенант… — сразу заюлил Барбос. — Я…
— Отнеси хлеб — и немедленно ко мне!
— В отделение? — упавшим голосом спросил Барбос.
— Сюда. Ждать здесь буду.
Барбос кинулся выполнять приказ, но остановился и уныло спросил:
— К нам заходили?
— Заходил.
— Тогда не приду.
— Это почему еще?
— Не пустят… без ремня…
Осипов хотел заверить, что ничего такого не говорил матери, но вспомнил, что сообщил мимоходом о прогуле. Нашел время! И к чему? Еще раз взгреют, еще раз подкрепят дурную привычку лгать, изворачиваться. Не привычку, а характер уже.
— Как же быть? — даже растерялся Осипов.
— Не знаю, дядя Армен.
Чутье у Барбоса изумительное!
— Вместе пойдем?
Барбос покачал головой. Он успел напялить шлем, и уши мотнулись из стороны в сторону.
— Еще хуже будет. Вы что матери сказали?
— Спрашивать все-таки буду я. Где ребята?
— Какие?
— Антон Градов с друзьями. Только не финти!
— Не знаю. Честное слово, не знаю! Провалиться мне…
— Что ты искал в подземном ходе?
Пришлось Барбосу выложить все, что знал. Знал он, увы, не так много, как надеялся Осипов. Но и не так мало.
Барбос выследил ребят, установил, что они
ведут какой-то подкоп. Скорее всего, в подвалы бывшего комбината. А трофеев там, как всем известно, полно. Барбос тайно включился в работу. Рыли несколько дней, целую неделю, наверное. Потом Барбосу поднадоело это, решил подождать, пока они своими силами доберутся до трофеев. А тогда и он тут как тут: добыча пополам или…
В общем, запустил это дельце Барбос, вспомнил, когда узнал об исчезновении кладоискателей. Он так и назвал троицу — Антона, Ростика и Алену — «кладоискатели». Узнав о побеге — а Барбос ни минуты не сомневался в том, что ребята сбежали из дому, — он сразу смекнул, куда именно, но подал на берег лишь на другой день.
— Почему только на следующий день?
— Занят был. В школу ходил.
— Рассказывай. Все!
Барбос выбрался на берег через сутки. Полез. Сначала почти во весь рост, потом ползком; дальше нору проделывали, экономили силы.
— Да вы же знаете, какой там ход!
— Знаю.
Барбос пополз и добрался до тупика.
— До старого тупика? — подчеркивая слово «старого», переспросил Осипов.
— Вот этого не знаю, товарищ старший лейтенант. Но дальше — стоп. Ни тпру ни ну!
Барбос полежал несколько минут, прислушался, пошарил инструмент.
— Они лопату и совок там оставляли, не уносили домой.
Инструмента не было, и Барбос попятился назад: развернуться в норе невозможно. Тут