Библиотека

Трудный месяц май стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

спуская глаз с кустика.

— Здесь! — вскричали они в один голос.

Не надо быть ни ветераном, ни сыщиком-следопытом, чтобы понять: здесь.

Кустик ольхи, рано зазеленевший и преждевременно подсыхающий, едва держался на своей единственной ноге. Кто-то, выползая ногами вперед, уперся резиновой подошвой и вывернул деревце, не успевшее прижиться на новом месте. На это отчетливо указывали широкий и пологий желобок, ребристые печати, углубления от ладоней.

Русаков отложил ольхушку в сторону — и полностью открылась глазам черная дыра тоннеля.

Первым полез Осипов, но вскоре вернулся.

— Лопата нужна. Дальше — нора.

Пока они шли понизу, шофер медленно двигался по дороге, и теперь машина стояла совсем

близко.

— Давайте я, — предложил шофер. — Мне с лопатой привычнее.

Спорить с шофером не стали. Он в районе лет пятнадцать баранку крутит. Это теперь красота — асфальт, бетонка, гравий на худой конец — а не так еще давно Иришский район самый бездорожный во всей области был. Водители больше за черенок лопаты держались, чем за баранку.

Шофер пропадал в подземелье довольно долго. Осипов уже беспокоиться начал. Промелькнула мысль послать Русакова к саперам, остановить работы, но надо было сначала убедиться до конца, прежде чем бить тревогу и мешать Январеву делать свое дело.

Наконец появился шофер, с ног до головы измазанный красноватой глиной.

— Вот, — сказал он, тяжело дыша. — А больше ничего нет и хода дальше нет, завал сплошной.

— Барбос! — не сдержался от громкого восклицания Осипов. Он знал прозвища своих основных подопечных, но, конечно же, никогда не пользовался ими. А тут сорвалось, само вылетело.

Шофер выкопал знаменитый «летчицкий» шлем.

Русаков стянул с головы кепку. Осипов покосился на него:

— Траур объявлять рано, — и указал носком сапога вниз. — Выполз он. По следам видно. А шлем свой, видимо, потерял.

— Или посыпалось сверху, он и драпанул, — согласился шофер.

— Дальше, значит, сплошной завал?

— Сплошной, товарищ старший лейтенант.

Наступила пауза, но ненадолго. Осипов принял решение:

— В город.

Вскоре Осипов уже звонил в квартиру Крахмаловых. Мать Валеры, увидев очень даже знакомое лицо, побледнела:

— Опять?! Где? Что? Он же десять минут назад в булочную пошел! Сама послала. Придешь с работы, и хлеба никто не припасет…

Осипов незаметно перевел дух. Следы следами, а случиться может всякое. А вдруг то были старые следы? И откопали лишь шапку, а Валерий Крахмалов лежит бездыханно под красным глиняным завалом… Какими словами скажешь об этом матери?

Осипов незаметно перевел дух и спрятал за спину руку с «летчицким» шлемом.

— Ничего не случилось! — ликующим голосом сообщил он. — Просто так зашел, узнать, почему Валерия не было в школе сегодня.

— Опять! Ну скажите вы мне, Армен Георгинович, — она всегда выговаривала так его отчество, проще, — что с ним, иродом, еще делать? Отец каждую получку новый ремень покупает — и хоть бы хны!

— Битьем ничего не добьетесь.

— А чем же еще? Он же и вас, милицию, уже не боится!

Они стояли на лестничной площадке, мать Валеры кричала на весь дом, и Осипов вовремя подумал, что Валера может снизу услышать их и скрыться.

— Что-нибудь придумаем, — свернул разговор Осипов и откозырнув, быстро сбежал до второго этажа. Тут, на лестничной площадке, он и встретился с Барбосом.

— Здравия желаю! — бойко приветствовал тот.

— Здравствуй, Валера.

Осипов привычно скользнул взглядом сверху

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.