Твоя половина мира стр. 27
и вы от меня отвяжетесь...
— Продолжайте работать, пожалуйста.
— Почему бы вам не кинуть картинку на мой терминал? Я сама все настрою, без ваших “лево-право”.
— Не отвлекайтесь, мисс Лаур. Фикус мы уже не видим, и это хорошо. Но у нас пропала часть коридора. Это, как вы понимаете, плохо.
Она длинно вздохнула и задрала голову к потолку. Кадка под ногами — пара к той, что стояла в тени, — раскачивалась и грозилась усыпать пол землей.
За ближней дверью бормотал монитор — жильцы смотрели ночной выпуск новостей. Из соседней квартиры тоже неслись какие-то звуки, — Элен не прислушивалась. Эти не выйдут, она чувствовала. Вот лифты ее смущали больше. Народ возвращался домой с воскресных гулянок, и вероятность того, что кто-нибудь появится на этаже, была достаточно высокой. Элен могла бы ее просчитать, но голос в микродинамике все время сбивал с толку.
А еще, конечно, отвлекали собственные мысли.
Элен с ее способностями была идеальным консультантом-аналитиком. На эту должность она и устраивалась. Этим она и занималась. Однако в Компании быстро выяснили, что ей можно дать любое поручение — и оно будет выполнено. С двадцать пятой попытки или со сто двадцать пятой — какая разница, если все осечки, сколько бы их ни случилось, останутся у Элен в воображении. Методом простого перебора она найдет идеальный вариант.
Она никогда еще не проваливала заданий.
— Замечательно, — сказали в динамике. — Можете уходить.
Пристроив панель на место, Элен отогнула планку так, чтобы та держала пенотиловый квадрат хорошо, но недолго.
Около пяти минут. Потом панель провиснет, и камера, свалившись, откатится в тень, за фикус. Утром ее найдет уборщик, лохматый верзила в джинсовом комбинезоне. Он кинет черный карандаш в ведро, но прежде — понюхает, хмыкнет и сломает пополам. Загадочная славянская натура...
Элен не боялась Альберта, не боялась она и местной полиции. Она это сделала, исходя из других соображений. Так будет лучше — шепнул ей форвертс, а с ним
она никогда не спорила.
Над лифтом раздалось мелодичное “ку-ку”, и на площадке появился какой-то мужчина.
Проворонила... Упустила самое очевидное.
Жилец, в меру нетрезвый, остановился на пересечении двух длинных проходов и направился в ее сторону. Если что-то и совпадет, то настолько некстати, что хуже не придумаешь.
Элен глянула на кадку посреди коридора, затем на щель в потолке и погладила в кармане “ангус”.
— Мисс Лаур, — задребезжало в ухе, — слушайте наши инструкции...
Тот, кто получал изображение с камеры, увидел мужчину и отчего-то занервничал. Мужик между тем был неопасен. Пьяненький, но опрятный. Рвань в этот дом не пустили бы.
— Ваша основная задача — ни в коем случае не использовать форвертс, — тараторил абонент. — Воспринимайте события только... реально. Вы меня понимаете, мисс Лаур. Я надеюсь. Ведите себя адекватно.
Элен отмахнулась, словно собеседник находился за спиной, и, присев на кадку, достала сигареты.
— Мал-лдой ч-чиловек!..
— Д-да?.. — с готовностью отозвался мужчина.
— Огоньку...
— О!.. — Он осклабился и зашарил по карманам. — Тут не курят. Н-но... для вас, ба-арышня...
Она закинула ногу на ногу. Ему это явно понравилось.
— А я вас раньше не... н-не... — Он щелкнул зажигалкой. — Забл-лудились? Тож-ж с праздника?
— С похорон.
— О-о-о... И кого провожали?
Камера скоро упадет. В коридоре темновато, но он заметит. Пользы от этого не будет. Значит,