Ты покоришься мне, тигр! стр. 47
репетиции возобновились.
Всего их было сорок девять. За это время я очень старался убедить леопардов не считать меня своим врагом, и, в конце концов, мы «договорились» о взаимном содружестве. Не хотелось освободить зверей от страха, приучить их повиноваться только воле и настойчивости. Страх как сдерживающее начало я заменил заботой, пряником, терпением, дружелюбием.
Репетиции прошли успешно, и я решил, что настала пора отдать письмо директору; раз все хорошо кончилось, приказа о взыскании не последует.
— Вам письмо из главка, товарищ; директор, извините, что забыл вручить его раньше, леопарды все как-то отвлекали.
Директор прочитал его тут же и сказал:
— Письмо должно было быть
передано мне в день вашего приезда, а теперь оно потеряло всякий смысл. Возьмите его себе на память. В главк сообщим, что вы уже в клетке и ни в каких консультантах не нуждаетесь.
Хорошо говорить с понимающими людьми!
Из главка пришла телеграмма с поздравлением.
После сорок девятой репетиции аттракцион с леопардами был вчерне готов. Вчерне, потому что доработка происходит всегда на зрителе. Но на последней, пятидесятой репетиции произошло нечто непредвиденное. Бывали у меня дни неудачные, когда звери находились в плохом настроений и не повиновались, когда своими наскоками и нападениями изматывали меня в конец. Были и слезы, и разочарования, и бессонные ночи, но такого еще ни разу…
Впрочем, я подозреваю, что эта фраза — «такого еще не было ни разу» — окажется самой ходовой в рассказе о леопардах. Никогда не знаешь, чего от них можно ждать.
На пятидесятую репетицию приехал сам управляющий цирками страны В. П. Беллер, чтобы посмотреть мою работу и решить, готов ли аттракцион к выпуску. Я чувствовал, что от этого просмотра зависит будущее номера. Не без волнения вспоминаю сейчас, как буквально все артисты стремились мне помочь, предлагали свои услуги, подбадривали веселым словом, кто чем мог. Каждый понимал, что совершается новое и трудное дело: советские артисты осваивают сложнейший жанр циркового искусства — дрессировку хищников. А то, что я справился с этим делом самостоятельно да еще в такой короткий срок, особенно ими ценилось. Работники цирка знают, чего это стоит.
Клетки открыты. Леопарды по туннелю устремились на манеж. Как только Ранжо, Принц и Нерро вышли па арену, я за ними, чтобы рассадить их и встретить «дам», Улю и Фифи.
Но не успел я выйти из туннеля, как Нерро неожиданно набросился на Принца. Нерро сильнее Принца, но уступает ему в ловкости и быстроте. И в этом броске он не смог сразу добиться преимущества над более тяжелым и высоким Принцем. Недостатки и достоинства каждого уравновешивали их шансы в этой схватке.
Я же стою в туннеле и не могу выйти на манеж, потому что звери сплелись в клубок и катаются пестрым меховым шаром у самой двери. Вдруг клубок распался, и я было уже хотел ворваться на поле боя, но звери сцепились снова, и кровавый поединок продолжался. Мое положение было самым незавидным. Мало того, что я стоял в полусогнутом положении, но сзади меня, в туннеле же, дрались «дамы», может быть, из солидарности со своими супругами.
Уля вообще всегда вступалась за своего «мужа». Когда он схватывался с Ранжо, она шла ему на выручку. Нерро же вел себя