Библиотека

Ты покоришься мне, тигр! стр. 56

Размер шрифта
-
+
Тема

приходилось «выкладываться» до конца; им проявлять все тонкости звериного инстинкта, а мне — человеческого разума.

Случаи побегов действительно многому меня научили, но, кроме того, они интересны сами по себе, поэтому я хочу рассказать о наиболее значительных.

… Прекрасный летний вечер в Смоленске. Цирк расположен в парке. Поэтому в антракте все — музыканты, артисты и их семьи — высыпают во двор. Ассистенты устанавливают сейчас на манеже «централку», а я привожу себя в порядок, чтобы достойно предстать перед зверями и зрителями.

В окно мне не видно, но я знаю, что клетки с леопардами стоят недалеко от форганга во дворе. А там идет неторопливая жизнь — дети играют, артисты отдыхают после работы, обмениваются новостями. Слышу, как около клеток шутят музыканты. Более «храбрые» подтрунивают над менее «храбрыми» и строят всякие предположения о возможных взаимоотношениях между леопардами и своими товарищами. Люди цирка видят хищников за кулисами каждый день. Они привыкли к ним, считают их чуть ли не сослуживцами. У каждого обычно бывает свой любимец, ему он приносит угощение, с ним разговаривает, справляется о его здоровье, передает ему привет. Такая привычка усыпляет бдительность. И при смирном поведении животных а они, как правило, ведут себя за кулисами смирно — у многих создается впечатление, что, если зверь очутится на свободе, ничего особенного не произойдет.

К счастью, и у человека есть инстинкт самосохранения.

Он действует безотказно и быстрее разума. Готовясь к выступлению, я то слышу гул со двора, то совершенно отключаюсь от него. И вдруг врываются два запыхавшихся музыканта, быстро захлопывают дверь, подпирают ее своими телами и дрожат.

Их внезапное появление и ошеломленный вид и меня приводят в замешательство. Секунду мы молчим. Видя, что дар речи к моим внезапным визитерам не возвращается, спрашиваю:

— В чем дело? Уж, наверно, не без причины столь бесцеремонно пожаловали ко мне в гости?

— Там… там… — заикаясь, тычут они пальцами по направлению двора.

— Что там, говорите ясней!

— Леопард… выскочил… из клетки, — едва выговорил один из них.

Я бросился в уже пустынный и до ужаса тихий двор. «Какой же выскочил?» — мелькает в голове. Подбегая к клеткам, сразу же увидел Фифи, наполовину высунувшуюся в открытую дверцу и спокойно, как мне показалось, да же с любопытством созерцавшую происходящее. Я тоже кинул взгляд вокруг. Еще мелькали чьи-то ноги за забором, в дверях общежития, цирка, даже в подворотне кто-то судорожно протискивался на улицу. Так вот какое впечатление производит леопард, когда он не отделен решеткой!

Схватываю попавшийся по дороге стул и направляю его ножками вперед, на Фифи, и она сейчас же подается внутрь клетки. На мой зов прибежал с манежа мой ассистент Е. Плахотншюв, и мы вместе надежно закрыли клетку.

Через несколько мгновений восстановилось мирное настроение двора. Посыпались репризы, рожденные тут же или извлеченные из обширного клоунского репертуара. Вспоминали, кто как бежал и кто где прятался. Раздавались смех и шутки — смех немного взвинченный, шутки слегка нервные: следствие еще не улегшегося страха и волнения.

Ни один такой «выход в свет» зверя не бывает случайным. Всегда должна быть причина, ее надо установить и обязательно найти виновника. Ведь на свободу выходит хищник. Халатность одного может многим стоить жизни или, во всяком случае,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.