Ученик некроманта. Мир без боли стр. 134
знают, что карлы делятся своими шедеврами. А иногда создают вещи на заказ. Кто бы к ним обращался с подобными вопросами?
– Больно умный? – сплюнул Брок.
– Наговорились? – хмуро спросил Сидри и, удостоверившись, что никто больше не собирается затевать споров, продолжил: – Из этого крыла удобнее идти к поверхности, поэтому ваши вещи мы уже доставили сюда. А раз уж все готово, тогда отчаливаем.
– Значит, в путь? – с грустью осматривая оружейную, останавливая взгляд на каждом уголке, каждом мече или топоре, вымолвил Хемдаль. Его не интересовали беседы, уже не интересовал поход. Он, еще не покидая его, уже скучал по своему дому. Ему жаль было расставаться со всеми сокровищами, нажитыми веками, но и сидеть бесконечно в горах он тоже устал, ведь еще помнил, как в рядах непобедимого хирда громил светлых альвов в их собственных лесах, помнил вкус свежего воздуха и яркий свет солнца.
– В путь! – одобрил Сандро, ободряюще похлопал карла по плечу и зашагал рядом с Сидри. Металлические ботинки весело цокали о камень. В память некроманта невольно вторглась нерадостная мысль: он вспомнил своего учителя, который любил облачаться в доспехи. Арганус недостоин того, чтобы жить. Сандро отомстит ему за смерть родителей и свое уродство. – В путь! – скалясь, прорычал некромант. Он твердо знал, что его враг будет повержен. Это вопрос времени, сил и, несомненно, удачи, но Арганус будет повержен!
* * *
– Арганус будет повержен, – тихо повторял одни и те же слова Жерар. Размышляя, думая так, убеждая в этом самого себя, он сидел в своей комнате в хельгардском замке; сидел в полной темноте, не зажигая свечей и не пользуясь магическим светом. Привыкал, тренировал свое зрение. И при этом, не останавливаясь, не разгибая спины, писал послания. Всех некромантов и драугров следовало собрать в столице, чтобы дать достойный отпор войскам Кровавого лорда. Пограничные крепости придется сдать без боя. Шаг трудный, но необходимый. Иногда надо пожертвовать рукой, чтобы спасти голову. Сейчас был такой случай. Жерар пытался просчитать все возможные варианты, максимально подготовить столицу к многодневной осаде и длительным штурмам, но мысли были заняты другим. Другой – Мореной. И все же старший сын графа де Пикиньи каждый раз заставлял себя думать о защите королевского трона, возвращал непокорные мысли в нужное русло. Война. На войне нет места для чувств и эмоций. Тем более – некроманту, которому чужды людские, плебейские, слабости. И не просто некроманту – де Пикиньи, который, наконец, получил шанс вернуть своему роду статус и положение! Этот шанс нельзя было упустить. Ни в коем случае нельзя!
Покончив с последним посланием, Жерар подозвал ожидающего драугра и вручил ему пергаменты.
– Снаряди гончих, – приказал он, глядя на ожившего мертвеца. – Да поживее! – Жерар замялся, удивившись собственному каламбуру, но быстро поправился: – Быстро! Послания должны быть доставлены в кротчайшие сроки.
Молчаливый по своей природе драугр коротко кивнул и поспешил выполнять волю коннетабля, а сам Жерар вернулся к своим размышлениям.
Пять дней, в худшем случае – неделя, и в Хельгарде будут войска, воины из приграничных крепостей. Хотя, что воины? Куда важнее маги! Вот только взяться им было неоткуда: Гильдия некромантов превратилась в тлен. Кто бы мог подумать? Еще