Ученик некроманта. Мир без боли стр. 52
человека, будто сотканного из самого Мрака.
Так родилась легенда о воине Мрака, расправившемся с ведьмой из Слободы. Так, а, быть может, – иначе.
Глава 6. Соль и слезы
Wirfe saltce, wirfe saltce Non timebis a timore nocturne Ni mori, ni goscia z ciemnosci Ani demona Wirfe saltce, wirfe saltce.*
Кидаю соль, кидаю соль, Мне нипочем ночная тьма. Ни мор, ни страхи не страшны, Ни демоны ночные, Кидаю соль, кидаю соль.
Плясали перед глазами деревья. Вторые сутки напролет длилась дикая, утомительная скачка.
Лес за это время изменился. Сперва сосновый бор редел, медленно и почти незаметно, а позже резко, словно кто-то нарисовал черту, сменился лиственными деревьями. Сосны умерли, остались за спиной, а впереди, насколько хватало глаз, выросли крепкие клены, буки и грабы, которые тянулись своими оголенными ветвями к светлеющему небу и сейчас, в предрассветный час, были похожи на мертвецов, молящих об искуплении. Опавшая листва, реже желто-золотая, но чаще – ало-красная, скрыла под собой землю и, всплывая из легкого утреннего тумана словно кровь, наполнила лес таинственной и пугающей красотой. Где-то вдали дико и безумно кричали вороны, и навевали эти крики на гнетущие мысли, словно впереди ждет капище, доверху наполненное трупами, а ожившие мертвецы, оседланные некромантом в долгополом плаще, служили лишним доказательством этого неверного, навязанного страхом, суждения.
– Стой, – вслух приказал некромант и спрыгнул с зомби, когда тот остановился.
После долгой… безумно долгой и утомительной скачки земля уходила из-под ног. Сандро все никак не могло сфокусировать взгляд, ему все еще казалось, что бегство продолжается и деревья, с калейдоскопической скоростью сменяя друг друга, мелькают перед глазами. Сандро присел. Онемевшие ноги не держали, руки затекли, а пальцы, которыми он всю дорогу судорожно сжимал всклоченную шерсть лесного хищника, чтобы удержаться на его спине, не желали разжиматься. Ко всему кружилась голова, с глаз катились слезы и жутко хотелось спать. Налившиеся свинцом веки закрывались сами собой, но Сандро мысленно приказывал себе держаться, понимая, чем может для него обернуться сон. Но терпеть добровольные муки не было сил.
– Мы оторвались? – Диорес, последовав примеру Сандро, спешился. В отличие от некроманта он не чувствовал столь дикой усталости, ведь ему удалось выспаться. В пути Сандро привязал имитатора к йотуну предусмотрительно захваченной веревкой и отвязал только с утра.
– Отоспимся и отправимся в путь, – Сандро поднялся, подошел к неупокоенным, отвязал от них поклажу и отправил йотунов в глубь леса.
– Куда это они? – поинтересовался Ди-Дио, наблюдая за тем, как йотуны скрываются за деревьями.
– Умирать, – ответил некромант. – Окончательно.
– Разве нам не проще путешествовать на них? – удивился Диорес.
– Поднявший связан со своими рабами ментальными узами, – решил разъяснить Трисмегист, но вышло это у него весьма заумно: – Такого не происходит, если оживлять при помощи эликсира или ритуала, но язык мертвых, который неоспоримо и верно считают лучшим и быстрейшим методом оживления павших, ограничивает возможности мага и требует постоянной связи двух сознаний, что для живого некроманта сложно и энергетически расточительно.
– Говоря проще: стоит мне уснуть и йотуны выйдут из-под контроля, – доходчивее пояснил Сандро.
– Довольно грубая, но все же верная трактовка, – согласился Трисмегист.