Ученик некроманта. Мир без боли стр. 91
совсем недавно вошла в свои полные права и вокруг стелился беспроглядный мрак, который разрушали огни, полыхавшие в центре Вестфалена. Воздух пропитался вонью паленой человечины. Люди не спали, Ливуазье чувствовал их страх и ненависть, но вблизи усадьбы было тихо, до нее не доходило ни звука.
Вампир еще раз взглянул на небо. «Успею», – подумал Веридий. Он врал, когда говорил о магистрате и церковниках. Никаких запланированных встреч у него не было, но была другая, о которой еще с утра, до появления Батури, вампир даже не задумывался, а теперь она занимала все его мысли.
– Прости, друг, но спокойная жизнь для меня дороже твоих идей, – с мучительной болью в сердце выдавил из себя Веридий, вновь обратился в летучую мышь и полетел прочь из Вестфалена, туда, где еще с утра, до появления Батури, его не ждали, а теперь примут с распростертыми объятиями.
Глава 10. Пещера трех Безумцев
И не было карла умелее и справнее, нежели Сидри. Никто не мог с ним соперничать ни в оружейном мастерстве, ни в кузнецком. Далеко вокруг разнеслась его слава и дошла она до самих небес, где восседали Верховные, и доползла она до недр земли, где обитали Глубинные. И собрались боги, и решили, что негоже, чтобы подобный талант погиб. Верховные одарили свартальва гроздьями бессмертного винограда, а Глубинные – венками божественными. Но не решился Сидри связывать себя с повелителями недр, не принял венки долголетия, но взял в дар виноградины сочные, да не для себя одного, но и для всех своих братьев, а братьев было двое – Брок и Хемдаль. Взамен за доброту выковал Сидри кольцо золотое и наделил его тайными свойствами, о которых рассказал лишь Ёдину Великому, чтобы не прельщать врагов бога молний.
Разгневались тогда Глубинные и отравили винограда гроздья. И стали навеки карлы безумными, а мастерство их сделалось темным…
На темном, застеленном звездными точками, небе ярко вспыхнула бело-красная молния и моментально угасла, оставляя перед глазами светлые линии. Земля содрогнулась от грохота. Гром гулко прокатился по близлежащим скалам и затих, словно зверь, притаившийся перед атакой. Сандро посмотрел на небесное одеяло и увидел, как одну звезду за другой поглощает тьма надвигающихся туч. Но в следующее мгновение бледно-белые точки снова украсили ночной небосвод. Они закружились в изящном танце под заунывную музыку ветра и медленно поползли к земле. Сандро протянул руку, и на черную перчатку опустилась сотканная из тонких пушистых льдинок снежинка. Она, не тая, в тот же миг спорхнула с ладони и улеглась на земле, где уже ждали сотни белоснежных подружек. В Хельхейм пришла зима…
Ночь превратилась в преисподнюю хлада. Легкий снегопад в мгновение ока сменился неистовой вьюгой. Завыл ветер, закружил мириады снежных хлопьев. Твердая земля под ногами быстро устлалась белоснежным покрывалом. У гор, которые обступили с обеих сторон, появились сугробы. Они все нарастали и вскоре Сандро и Диоресу пришлось пробираться через вязкое белое море по колено в снегу. С каждым мгновением идти вперед становилось все сложнее.
Сандро кутался в волчий тулуп, но теплый мех не спасал ни от ветра, ни от холода; прикрывал лицо руками, тщетно пытаясь защититься от роя жалящих снежинок, норовящих попасть то в глаза, то