Библиотека

Укрощение рыжего чудовища стр. 158

Размер шрифта
-
+
Тема

церемонии бракосочетания, то это я, а не ты!

– Я думал, тётку в шторе хватит удар, – ухмыляется он.

– Какая еще тётка в шторе?

– Ну, которая объявила нас мужем и женой. По-моему, она была завёрнута в штору. Нет?

Варя вспоминает тёмно-зелёное бархатное платье регистраторши и смеётся.

– Колоритная дама. Слава на нее явно запал.

– Думаю, у него нет шансов.

– Слушай, у меня гениальная идея! Давай разведёмся, а? И поженимся еще раз! Дадим Славе второй шанс. Заодно во время второго раза цирк могу устроить я – для ровного счета. Например, начать рожать прямо во время регистрации. Здорово придумала?

– Отличная попытка, Тихая. Но шиш тебе, а не развод. Ты втюрилась в меня всерьёз и на всю жизнь.

Она снова засмеялась. Варя даже предположить не могла, что после стольких испытаний последних месяцев она будет так смеяться на собственной свадьбе.

– Наконец-то! – комментирует ее муж появление из дверей ЗАГСа их друзей и родных. – Ну что, Варвара Глебовна, поехали в кремль?

– Поехали, – она вкладывает свою руку в его ладонь. – И познакомь уже меня с князем Дмитрием Донским.

Венчание, состоявшееся на следующий день, прошло тихо и скромно. На нем присутствовали только члены семьи.

Эпилог

658d2c19aeb39670cf1b9b753cfd8ecc.png

На сцену выходит неизвестный мужик в простыне. Это не главный герой! Просто именно так в древнегреческих комедиях и трагедиях выглядел Эпилог.

Из авторской суфлёрской будки, задумчиво: «Не, я понимаю, конечно, что у нас тут не Древняя Греция – климат и времена не те. И мужику в простыне явно холодно и даже неловко – мне отсюда это хорошо видно. Но Эпилог есть Эпилог. Куда же без него».

Ёжась на холодном ноябрьском ветру, Варвара в последний раз помахала рукой отъезжающей машине. И нажала кнопку на пульте. Ворота медленно поехали вниз, закрывая дом и территорию от темноты и холода ноябрьской ночи. Варвара обернулась к дому. Свет горел только на первом этаже. И едва теплился в окошке на втором.

В прихожей Варя повесила на крючок куртку мужа, именно в ней она выходила провожать припозднившихся гостей, прибывших на день рождения Марфуши Тихой. Целых полгода барышне сегодня стукнуло. Юбилей. Варя посмотрела на верхние ступени лестницы. Около часа назад именинница была покормлена, а потом ее забрал у матери отец, сказав: «Иди, посиди с гостями, я сам Марфу спать уложу». И с тех пор Тина не было видно. Варя щёлкнула выключателем, погасив свет в прихожей. По всему дому были видны следы недавнего переезда, и двинулась вверх по лестнице.

Дверь в детскую отворилась бесшумно. Именно здесь горела единственная на втором этаже лампа – светло-голубой шар ночника. В его свете Вариным глазам предстала умилительная картина.

В большом добротном, сделанном на заказ кресле-качалке крепко спал Тихон, склонив голову на подушку с бутонами пионов, вышитых Серафимой Андреевной. Одной рукой он придерживал за спинку спящую дочку, которая розовой звездой распласталась по сине-бежевой клетке отцовой рубахи. Второй рукой он держал дочь за крохотную пяточку, безо всякого практического смысла, просто на всякий случай. Марфа спала, кажется, еще крепче отца, безмятежно устроившись пухлой щёчкой аккурат на пуговице. Правым кулачком она для страховки держалась за мягкий хлопок кармана папиной рубашки.

Варя смотрела на спящих мужа и дочь и перед ее глазами проходил,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.