Улыбка черного кота стр. 12
злыми слезами и потирая красную щеку, сидела в школьной медсанчасти, а Света — в кабинете директора. Как ни странно, это действие и вывело ее в лидеры среди одноклассниц, хотя потом Свету скорее побаивались, нежели любили.
Больше всего на свете девочке захотелось доказать окружающим и самой себе, что она ничуть не хуже других, а может, и лучше, чем они, несмотря на то что мама у нее простая закройщица и не дарит дочке ни шикарных одежек, ни украшений, как у сверстниц. Правда, на всю оставшуюся жизнь слово «лучше» в Светином сознании стало синонимом «богаче», а «не хуже» означало: «у нас такое тоже
имеется»… Только кто бы смог объяснить в ту пору девчушке, насколько опасный крен сделал тогда ее внутренний словарик?
У Светы появилось и стремление утвердиться любой ценой, как угодно и где угодно. Проще всего для нее оказалось это сделать в спорте. Она уже занималась художественной гимнастикой, правда, до поры до времени особых чудес не демонстрировала, но способности у нее были. Гибкая и ритмичная, она обладала обаянием, которое сегодня именуется харизмой, и немалым упорством на помосте. Подобные качества, вместе взятые, встречаются не так уж часто, и тренеры хвалили ее. Мать была довольна, что девчонка под присмотром, и поощряла ее занятия.
В спортзал Света и прежде ходить любила. А после того происшествия в классе, осознав свою «особость» и крайнюю, как ей показалось, бедность — в чем и заключалось ее непоправимое отличие от других девчонок, — она стала заниматься гимнастикой уже с полной самоотдачей. И на скрипучих брусьях, и на скользком бревне Света работала с утроенным упорством. И в ней появились черты профессиональной гимнастки: тело благодарно откликнулось на постоянные тренировки и стало собранным, движения пластичными, как у дикой кошки, походка легкой и стремительной.
Через год-другой, в подростковом возрасте, когда девчонки начинают стесняться своей растущей, как на дрожжах, плоти, выпирающей из-под кофточки груди, когда они принимаются отчаянно сутулиться, чтобы спрятать и рост, и прочие свои отличия от плоской мальчишеской фигуры, — именно к этому времени Света научилась управлять своим гибким и сильным телом, поняла себе цену и прекрасно почувствовала, что значит иметь по-настоящему женственный облик. Теперь к понятию «богатство» в списке ее внутренних ценностей прибавилась и «красота» — преимущества, которые дает это качество, девочка поняла даже слишком рано.
А к девятому классу у Светы появилось то, чего ей до сих пор остро не хватало, — двое настоящих друзей. Это были мальчики. Именно с ними она чувствовала себя наиболее уверенно и раскованно. С ними, а не с подружками (которых она, в общем, так и не завела) она могла позволять себе болтать на любые темы, заведомо зная, что они поймут ее. И для них она была вне критики. Парни смотрели на нее с обожанием, слушали ее уверенные речи, поддерживали любые ее затеи — пошляться по улицам просто так, без цели, иногда (гораздо реже) сбежать с уроков на утренний сеанс в кино… Они сопровождали ее повсюду, охраняли и развлекали, как могли, были ее верными рыцарями, никогда, впрочем, не употребляя этого устаревшего выражения вслух. Конечно, времени у всех троих было мало — занятиями, помимо школьных, родители загружали их на полную катушку, в