Библиотека

В могиле не опасен суд молвы стр. 102

Размер шрифта
-
+
Тема

и меня. Как только я начинаю думать, что знаю о нем все, как он поворачивается ко мне совершенно новой, неожиданной стороной.

– Когда я был студентом, мне посчастливилось жить в театральном общежитии, – сказал Доггер. – Бесплатные билеты были там обычной валютой.

Поппи Мандрил засмеялась грудным смехом.

– И за что расплачивались этой валютой, мистер Доггер?

– За услуги, – ответил он. – За дружбу. Вы помните Фредерика Линден-Смита?

Лицо Поппи засияло.

– Разумеется! Он был Адажио в «Возвращении блудного ангела». Великолепные отзывы. Великолепные. И Карлайлом Квинном в «Когда спящий пробуждается». Вы были знакомы с ним, мистер Доггер?

– Да, – сказал он. – Он умер в плену в Бирме.

Доггер не упомянул, что находился в том же лагере военнопленных.

«Он очень рисковал, направляя разговор в это русло», – подумала я, ведь даже легкий намек, безобидная фраза могут отправить его в путешествие по кошмарам воспоминаний.

– Да, кажется, я что-то об этом слышала, – заметила Поппи. – Бедняга Фред. У него были такие перспективы.

Я прикусила язык, и мне показалось, что Доггер сделал то же самое.

– Полагаю, он был вашим протеже, – заметил Доггер. – Как Орландо Уайтбред.

В уголках глаз Поппи Мандрил что-то блеснуло.

– Не будьте со мной суровы, мистер Доггер, – сказала она. – Нельзя винить пламя за гибель мотылька. Угощайтесь, – добавила она, прикрыв ладонью чашку, когда Клэр предложила поухаживать за ней.

Доггер наклонил голову, с достоинством принимая упрек. Он пытается разговорить ее?

– Весь мир завидует женщине вроде меня, – продолжила она, когда мы устроились с чаем. – Они думают, это счастье – быть желанной добычей для каждого мужчины, молодого и старого, каждого, кто хоть раз ее увидел. Позвольте сказать вам, что это не так. Вы не представляете, от скольких ран страдает сердце актрисы. Конечно, вы скажете: «О! Но как же подарки? Цветы, лакомства, драгоценности, внимание, аплодисменты?» Что ж, пока вы молоды и ослеплены собственной красотой – да. Но женщине моего возраста от этого, откровенно говоря, тошно. Начинаешь опасаться корпулентных священников, как яблоко боится червяка.

«Ага, – подумала я. – Теперешний викарий мистер Клемм и его утрата веры».

Мое сердце внезапно сжалось от сочувствия к ним обоим.

Клэр, молчавшая до этого момента, поднялась со стула и подошла к женщине в инвалидном кресле.

– Нет! – воскликнула Поппи, простирая руку в запрещающем жесте. – Садись. Нельзя приближаться к жрице на алтаре. Надо чтить традиции.

Хотя она произнесла это с хитринкой, скорее в шутку, но смысл ее слов был понятен.

Клэр вернулась на место и тихо попросила:

– Расскажи об Орландо. Я не успела осознать…

И в этот момент я увидела ее насквозь. Они с Доггером спланировали этот разговор, как полководцы составляют план битвы. Отрепетировали свои реплики до прихода в дом Альгамбры с такой же тщательностью, как будто готовились к постановке в Вест-Энде!

В восхищении я держала язык за зубами.

– Ах, Орландо, – Поппи покачала головой. – Дражайший Орландо. Он был слишком хорош, чтобы жить долго. Этот мир его не заслуживает.

Это еще что? Эта женщина признается в убийстве?

– Он глубоко почитал вас, не так ли? – снова вступил Доггер. – Я сразу же узнал красные балетные туфли и шелковый голубой костюм. Вы выступали в таком же в «Пьеро в подземном мире». Одна из ваших величайших ролей. Рекордное количество постановок в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.