В могиле не опасен суд молвы стр. 91
слабого солнца, проникающего сквозь витражи.
Кто-то схватил меня за плечо.
Глава 20
Зацепившись за молитвенную подставку для ног, я с оглушающим грохотом взлетела над скамьей, как ракета.
– Ты в порядке? – спросил незнакомый голос.
– Что, черт возьми, вы творите? – заорала я, наплевав на то, что мы находимся в церкви. – Я могла умереть от инфаркта!
И добавила еще несколько слов, которые не стану здесь цитировать, поскольку не горжусь их знанием, и резко повернулась к незнакомцу, быстро убравшему руку с моего плеча. Бледное лицо, изумленный взгляд, открытый рот. Если не считать белый воротничок священника, он точная копия Шалтай-Болтая.
Это оказался викарий, тот самый толстяк, который разговаривал с констеблем Оттером, пока я сидела рядом с трупом Орландо на берегу реки. Мистер Клемм, если не ошибаюсь.
Он порезался, когда брился. Маленький клочок окровавленной ткани неэстетично выглядывал из белого воротничка. Что бы это значило?
Он неаккуратен? Рассеян? Близорук? Ленив? Забывчив?
В моем мозгу пронеслась масса объяснений. Поразительно, что делает с человеческим разумом даже капля крови.
С одной стороны, я почувствовала какую-то странную жалость к викарию. Жаль, что мне пришлось обратить внимание на его небрежность с туалетом. И одновременно мне хотелось, чтобы он не дал мне это заметить.
Кто из нас в этом случае виноват в незначительном, но важном нарушении хороших манер?
Не знаю. Мне слишком мало лет, и у меня недостаточно опыта.
Так что виноват, должно быть, он.
Мы стояли, уставившись друг на друга выпученными глазами, как собаки на грани нападения, и никто не хотел говорить первым. У меня волосы на затылке стояли дыбом и ноздри раздувались.
Хотелось укусить его.
Мистер Клемм так же удивился моей свирепости, как я сама.
– П… простите, юная леди, – начал он. – Мне показалось, что вам не совсем хорошо.
«Ах ты старая умная гончая», – подумала я. Не совсем хорошо!
Мы оба знали, что это игра. Мой шаг следующий.
Мистер Клемм ведь был помощником каноника Уайтбреда во время убийств? Где он был тем злосчастным утром? Наверняка он должен был войти в число подозреваемых. До того самого момента эта мысль не приходила мне в голову.
Я прижала запястье ко лбу, сначала тыльной стороной, потом передней, и медленно опустилась на скамью.
Мистер Клемм тихо сел рядом со мной. Положил руку на плечо.
– Вот, – сказал он, протягивая белый льняной носовой платок, – вытри нос и расскажи мне, в чем дело.
Я хотела было сказать ему все, что о нем думаю, но поняла, что у меня и правда течет из носа.
– Спасибо, – прошелестела я и на удивление громко высморкалась. Со слабой благодарной улыбкой протянула платок ему обратно.
– Оставь себе, – сказал он, бросив взгляд на ткань. – Он тебе еще пригодится.
Это что, угроза? Я сижу бок о бок с массовым убийцей?
Массовый убийца? Звучит неплохо, Флавия. Даже в этот напряженный момент я сделала мысленную заметку пересказать мой каламбур Доггеру. Он улыбнется, может быть, даже присвистнет в ответ на демонстрацию остроты моего ума перед лицом опасности.
– Понимаете, – доверительно прошептала я, – мне просто хочется, чтобы призрак моей двоюродной бабушки упокоился. Я подумала, если увижу место, где она…
– Понимаю, – пробормотал мистер Клемм, похлопывая меня по руке. Я с трудом сдержалась, чтобы
не