Библиотека

В жаре пылающих пихт стр. 69

Размер шрифта
-
+
Тема

на сыновей, мои руки – твое распятие! Ты, отец, который охотится на чужих сыновей! почему охотится он на детей из собственного рода? или он перестал быть человеком, а сделался зверем, охочим до плоти? Ты ешь Христову плоть, чтобы утолить земной голод. Ты пьешь Христову кровь, чтобы утолить земную жажду. Но это дела слепца! Ничто не может исчезнуть бесследно. Твои поступки оставили за собой кровавый след – и он привел меня к тебе. Ничто не бесследно. Ничто не исчезнет. Это невозможно. Я знаю. Кто охотятся – всегда преследуют дичь. Они идут и за мной.

Черноволосый провалился в удушающий мрак, почувствовал, как во всем теле пульсирует кровь, и стучит сердце.

На поверхности реки лопались десятки бесцветных пенящихся пузырей, и черноволосый мужчина беспомощно бултыхался, словно дитя, новорожденное и еще не вступившее в обладание членами тела евонного. Где-то совсем далеко, мерещилось, что в нездешних сферах творения, зажглись первые рассыпавшиеся искры. Медленно занималась кровавая заря, словно ее высекало кремнем одичавшее человеческое племя, которое самой ночи древнее.

Все сюда! парни, Морриса убивают! крикнул вышедший к реке кривозубый ковбой, выплюнув жеваный табак и обронив пустые ведра.

Секунду промедлив, он потянулся к кобуре за револьвером, но увидел, что негр уже держит его на мушке. И тогда кривозубый принялся стрелять от бедра, ребром ладони быстро-быстро застучал по спице курка, ставя его на взвод и почти одновременно спуская, и каждое его движение сопровождалось гремучим дымно-красным всполохом, а плюющийся пламенными сгустками ствол от такой стрелковой прыти брыкался не хуже мустанга. И крапленые пули разлетались во все стороны, что дробь на дальней дистанции – негр выстрелил в ответ. Вторая пуля из револьвера ковбоя влетела Моррису в ягодицу, но он уже был мертв и ничего не почувствовал, другие пули шлепали по реке как детские ладошки и всплескивали фонтанчики.

Негр, рассекая воду, принялся грести лопатовидными руками к противоположному берегу, когда еще четверо мужчин, индеец, двое чернокожих и белый, шумным гуртом ввалились на берег, окруженный черно-синими стволами предрассветных деревьев.

К ним присоединялись и новые стрелки – протяжные звуки стрельбы и зычные выкрики по всей длине берега в прибрежном камыше и ракитовом кустарнике. Негр прыгнул в лодку, ножом перерезал швартов, и стремительное течение понесло его прочь к возобновляющейся равнине, куда, с винтовками наготове, высыпал карательный конный отряд полуголых скотоводческих детективов.

Они немедленно открыли стрельбу. Негр увидел какой-то сверток, из которого торчал приклад; длинными руками он раскатал рулон из толстой пряжи, поставил перед собой мушкет, будто рыцарь, ставящий меч и произносящий молитву перед смертным боем. Большие и ясные глаза его, как у стариков, что сохранили свой разум, глядели поверх реки, испещренной отсветами ранней зари, а паучьи пальцы тем временем проделывали крохотную работу. Он наполовину взвел курок, нашарил рукой коробочку с жестким чехольчиком, откуда извлек бумажный патрон, надорвал бумагу стариковскими ногтями и отсыпал пороховую затравку на открытую полочку, замкнул серебристую крышку и облизнул губы, продолжая разглядывать реку и преследующие его силуэты на равнине. Негр высыпал порох из бумажного патрона в ствол и, взяв шомпол, будто смычок, запыжил пулю, оторвав кусок ткани от своей старой одежки. Яркие отсветы на поверхности темной реки. Негр уперся в дно лодки коленом, прицелился

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.