Великий диктатор стр. 12
не эту карельскую чушь.
И если про «Калевалу» я краем уха что-то слышал в своём мире, то что такое «Кантелетар» даже и не знал. Но, надеюсь, скоро узнаю. Сестрёнки основательно взялись за игру в школу, в которой единственным учеником был я. Тю на полном серьёзе взялась за обучение меня алфавитам, финскому и русскому. Так что к Рождеству я, зажав в правом кулачке свинцовый карандаш, выводил кривыми и косыми, но спокойно читаемыми каракулями слова — мать и отец, а также своё имя. Как на финском так и на русском, правда, без ятей и прочих ижиц на последнем.
Смотреть на это чудо
сбежались всё обитатели дома. Я опять был зацелован, заласкан и затискан. А маман объявила, что раз я в таком возрасте освоил два языка, то справлюсь и с шведским. И начала каждый день учить меня еще и шведскому алфавиту. Моего согласия никто не спрашивал, да и я понимал, что шведский язык мне очень пригодится, если я захочу свалить из Финляндии до начала её гражданской войны.
После Рождества долбанули сильные морозы с обильными снегопадами. И опять я ни у кого не узрел вязанных финских шлемов с ушами, все носили простые треухи. А на ногах вполне себе русские валенки. На меня нашёлся полный комплект зимней одежды и, причём, не один, как хорошо быть самым младшим в многодетной семье. Всегда есть что носить. Пусть оно и не новое, но главное есть.
Есть в многодетности и отрицательные стороны. В этом я убедился, когда мы всей семьёй поехали в село на посленовогодние соревнования по бегу на лыжах. Летнее происшествие со мной уже малость подзабылось. И надзор за мной ослабел. Отец запряг пару лошадей в большие сани, и мы всей толпой набились в них. А я, чтобы лучше видеть, вообще уселся на спинку задних сидений и на одном из ухабов улетел из саней в сугроб.
Пока вылазил из него, отплевывался от снега, мои, не заметив потери бойца, умчались вдаль. Благо, происшествие случилось недалеко от хутора, и я потопал домой, костеря себя и родственников за нарушение техники безопасности при перевозке детей. Хорошо, что дома оставались дед с бабушкой, которые меня раздели и напоили горячим чаем.
Мою пропажу родственники обнаружили только в селе и то не сразу, а когда батя купил всем детям карамельные звезды на палочке. При раздаче выяснилось, что Матти с ними нет. Потом искали меня по деревне, пока Аню не вспомнила, что я с ними, вроде, и не приезжал. Рванули искать меня по дороге и обнаружили мою варежку на краю дороги. Я даже и не помню когда её потерял, наверное, когда летел в сугроб.
— Его Хийси утащил, — предположила Тю, добавив паники в сердца предков.
— Ты дура? — окрысился на неё братец Ахти. — Лешие зимой спят, и следов в снегу нет.
Хорошо, отец решил всех младших детей домой отвезти, а потом уже устраивать поиски и поднимать людей в хуторе и селе для этого. А дома они обнаружили меня. Я как раз решил возвести египетскую пирамиду Хеопса из кубиков.
Эти кубики отец заказывал у плотника для каждого родившегося ребёнка, в итоге их скопилось на целый сундук. Который мне в