Виннету – вождь апачей стр. 81
об этом, – ответил я спокойно.
– Ты должен был сам прийти ко мне, вместо того чтобы звать меня сюда! Но так как я знаю, что ты только недавно попал в нашу страну и еще не успел выучиться вежливости, то я прощаю твою ошибку. Что же ты хотел сказать мне? Говори, но только кратко, так как у меня нет времени долго слушать тебя.
– Что же заставляет тебя так торопиться?
– Мы хотим заставить взвыть этих собак апачей!
– Когда?
– Сейчас.
– Почему так скоро? Я думал, что вы отведете пленных в свои селения и там замучаете их в присутствии своих жен и детей.
– Сначала мы так и хотели, но в таком случае апачи были бы для нас лишней обузой в походе. Поэтому мы решили сегодня же прикончить их.
– Но я прошу тебя не делать этого!
– Не твое дело просить!
– Не можешь ли ты говорить повежливее, так же, как я разговариваю с тобой? Ведь я выразил только просьбу, другое дело, если бы я приказал тебе. Тогда у тебя было бы, пожалуй, основание говорить мне грубости.
– Я не собираюсь выслушивать от тебя ни просьб, ни приказаний и, конечно, не изменю своего решения из-за какого-то бледнолицего.
– Разве вы имеете право убивать пленных? Впрочем, мне не нужен твой ответ: я заранее знаю его и не хочу спорить. Однако не забывай, что одно дело убивать человека сразу и безболезненно, как это бывает в сражениях, а другое – долго мучить и истязать его перед смертью. Мы не допустим, чтобы это последнее случилось в нашем присутствии!
В ответ на это Тангуа вытянулся во весь рост и презрительно заявил:
– Не допустите? Скажи мне, кем ты себя мнишь? Ты нападаешь на меня, словно жаба на медведя Скалистых гор! Пленники – моя собственность, и я поступаю с ними, как мне заблагорассудится.
– Ты ошибаешься, они попали в ваши руки только благодаря нашей помощи, поэтому мы имеем на них не меньше прав, чем вы, и мы желаем, чтобы вы не лишали их жизни.
– Желай себе, что угодно, белая собака, мне наплевать на твои слова!
Сказав это, он плюнул в мою сторону и хотел уйти. Недолго думая, я с силой ударил его кулаком по голове, так что он сразу свалился наземь. Однако у него оказалась крепкая голова. Он не потерял сознания от моего удара и даже попытался снова подняться на ноги. Чтобы помешать этому, я наклонился и нанес ему второй удар. При этом я на несколько секунд потерял из виду своих товарищей. Когда мне удалось оглянуться, я увидел, что Сэм сидел верхом на одном из сопровождавших Тангуа краснокожих и крепко держал его за горло. Стоун и Паркер справлялись со вторым индейцем, однако третьему удалось спастись. Он бежал, крича что есть сил, к своим соплеменникам.
Я поспешил на помощь Сэму, и через несколько минут оба киова были крепко связаны.
– Вы совершили большую оплошность, – сказал я Сэму и его товарищам. – Почему выдали третьему индейцу возможность удрать?
– Потому что я схватил индейца, которого наметил также и Стоун, – ответил Паркер. – Произошла заминка, которой было достаточно, чтобы прозевать этого негодяя.
– Не беда! – попробовал утешить нас Сэм Хоукенс. – Разница только в том, что вся эта