Виновен стр. 102
ее обвинять. Услышав от Икэтани, что Танихара собирался сесть за руль в нетрезвом состоянии, Фукасэ тоже почувствовал гнев. Тем не менее нельзя одобрять поступок Михоко.
– Что произошло с Танихарой?
– … Он сказал нечто ужасное. Когда мы ждали поезда на платформе. Сказал, что поезд как раз ушел и надо было все-таки на машине ехать. Тогда я сказала: «Я слышала, у тебя друг попал в аварию. Тебя это не останавливает?»
Фукасэ представил, как они вдвоем стоят на платформе. Наверняка Танихара пребывал в приятном расположении духа и не пытался понять, что скрывается за взглядом Михоко.
– «Тогда у меня не было прав и я думал, что ехать по горной дороге очень страшно, однако теперь считаю, что запросто доехал бы; выпил-то всего ничего… Главное – реакция. Но в бейсбол-то он играл очень хорошо… Просто не повезло, и всё».
Фукасэ представил, как Михоко изо всех сил толкает Танихару под поезд. Он с трудом сдержал дрожь в сжатых в кулаки руках. И Михоко, должно быть, тогда вся тряслась от гнева.
– Я пыталась считать про себя. Говорила себе: «Успокойся, успокойся… Ведь Ёсики нравилось играть в бейсбол. Он хвалил Танихару, говорил, что тот такой открытый, внимательный… Наверное, сейчас он просто выделывается». Но тут он извинился, что причинил мне беспокойство, и полез обниматься…
– Но Танихара вовсе не считает, что это ты его столкнула.
– Вот, настолько он был пьяный! Он еще кричал мне: «Помоги!» Хотя это я сама столкнула его.
– Хорошо, что он остался жив, – выдавил из себя Фукасэ, а Михоко сжала губы и опустила голову. – Нет, я не в этом смысле, – сказал он, положив руку ей на плечо. – Хорошо, что ты не стала убийцей.
Ее щеки немного смягчились. Словно понимая, что, если она полностью расслабится, у нее польются слезы, Михоко в последний момент сдержалась.
– Что мне теперь делать, как ты думаешь?
– Мы тоже хотим это знать – и я, и остальные. Что нам сделать, чтобы ты нас простила?
– Я уже наделала дел, и теперь не время говорить такое, но у меня нет права вас судить. Я никем ему не приходилась.
– Ты что говоришь? Разве ты не поняла? Хиросава, который принимал только тех, кто сам к нему подходил, пришел к тебе сам, по своей инициативе. Ты была нужна ему больше всех.
Михоко закрыла лицо руками. Между пальцами у нее лились слезы; сквозь всхлипывание прорывалось: «Я… да разве я…»
Фукасэ, неловко гладя ее по спине, вдруг подумал: если верить Фурукаве, Михоко и Хиросава в старшей школе особо не общались. Почему вдруг она ему понравилась?
– А что сказал Хиросава, когда пришел к тебе в пекарню?
– …Что хочет еще раз выпить со мной кофе в банках.
Михоко подробно рассказала о первом дне их знакомства в начале осени, в одиннадцатом классе. Михоко, ездившая в школу на велосипеде, опаздывала. Она не могла заснуть ночью, переживая из-за начавшихся тогда ссор родителей. На светофоре, метров за двести от школы, стоявшей почти на самой дороге вдоль берега, она встретилась с мальчиком из своего класса, Хиросавой. До этого Михоко с ним не говорила, но теперь почувствовала в нем собрата по несчастью и завела разговор. Спросила, не проспал ли он. Хиросава