Вирус В-13 стр. 179
кухню, то там просто не поверили.
Шеф-повар, солидный и толстый, как все порядочные повара, с размаху всадил в чурбан большой нож, которым разделывал баранью тушу, и вышел в столовую. На самом деле — Сумбаев пил чай; тарелка с бараниной сиротливо стояла в стороне среди пустой посуды.
Повар подвинул тарелку, понюхал. Отрезал кусочек мяса и пожевал. Нет, баранина была хоть куда! Такое блюдо можно было смело подавать в столичном ресторане.
Повар присел к Сумбаеву и строго спросил: — Ты что же это, Денис? А?
— Не хочу что-то, — потупился Сумбаев.
— Может, тебе что полегче сделать?.. Омлетик с лучком. Как думаешь?
— Да нет, спасибо, — вяло отказался Сумбаев.
Он грузно поднялся и заявил, что пойдет спать.
Через пятнадцать минут о таком событии уже знала вся застава. Сумбаев потерял аппетит! Фельдшер заставы, давно не имевший возможности применить свои знания на практике, схватил термометр и помчался к Сумбаеву. Но температура у того оказалась нормальной. Даже немножко ниже нормальной. Фельдшер недовольно покрутил головой и оставил Сумбаева в покое до утра.
Утром заболели еще двое пограничников. Они тоже жаловались на слабость, на головную боль. У всех троих на лице появилась легкая голубоватая отечность. И у всех троих температура была чуть ниже, нормальной.
Фельдшер долго осматривал и выслушивал заболевших. Потом что-то пробурчал по-латыни и пошел к начальнику заставы. Больных тут же увезли в город.
Дежурный врач городской больницы поместил странных больных в отдельную палату и вызвал главного врача.
Больные продолжали жаловаться на сильную боль в голове, на ощущение необычной тревоги, страха. Главный врач созвал консилиум. Но консилиум тоже не пришел ни к какому определенному заключению. Лабораторные исследования показали у больных почти полное отсутствие в крови витамина «В», но никто из врачей не мог сказать, чем вызван такой тяжелый авитаминоз.
Из Академии наук прилетели два микробиолога. Из Института витаминов вызвали профессора Русакова.
В этот же день с заставы привезли еще четырех солдат. Болезнь из случайной превращалась в эпидемию. На заставе объявили карантин.
Профессор Русаков приехал в больницу прямо с аэродрома. Из семерых заболевших четверо уже находились в тяжелом бредовом состоянии. Они кричали, чего-то боялись, все время порывались куда-то бежать, — их пришлось привязать к кроватям полотенцами. Профессор Русаков сделал больным инъекцию препарата, они успокоились на время. Но через пару часов боли возобновились. Анализы показали, что витамин «В» опять исчез из крови. Профессор Русаков приказал делать вливания через каждые два часа.
К вечеру привезли еще пятерых. Больных поместили в особое отделение, сотрудники больницы назвали его «голубым», — во всех его палатах стонали, бредили и метались на койках люди с голубоватыми отечными лицами.
…Начальник заставы капитан Васильев подождал, пока дежурный выйдет из кабинета, устало сгорбился и прикрыл ладонью глаза. Голова болела, во рту ощущался противный привкус, словно на язык попала старая ружейная смазка.
Еще сегодня утром он обратил внимание на еле заметную синеву на щеках и понял, что тоже заболел. Однако он решил не уезжать, пока еще мог ходить и думать.
Ему все время казалось, что он где-то что-то просмотрел и это послужило причиной эпидемии на заставе.
Опыт бывалого пограничника подсказывал, что тут дело нечисто. Он старался припомнить все случившееся за последние дни, придумал