Библиотека

Воинство Рассвета стр. 158

Размер шрифта
-
+
Тема

старший сын сидит на одном троне, а младший на другом.

«Особенно, если император, дедушка младшего, возьмется варить для старшего кашу... – с горечью подумал Руди. – Но если оставить ребенка здесь, на попечение Алвира, его ждет та же судьба».

В нем медленно поднималась волна гнева не только за Минальду или за себя самого, не за их будущее, где не было ничего, кроме тоски, пустоты и отчаяния. Ребенка, к которому он уже успел привязаться, пытались лишить трона, матери, да и самой жизни.

А он не способен их защитить! И если инквизиция придет в Убежище, то Ингольд тоже окажется бессилен защитить карапуза. Руди увидел, что Алвир смотрит на него. Взгляд канцлера, казалось, вонзался в его тело, как ледяной кинжал.

– Если же ты, сестра моя, до сих пор так скорбишь, – продолжал канцлер, – и не можешь смириться с мыслью о том, чтобы кто-то другой на ложе занял место твоего покойного супруга...

Выражение лица Минальды не изменилось, она лишь вздернула подбородок.

– ...особенно, когда столько поставлено на кон?

Наступила гробовая тишина.

Все ждали, что Алвир заговорит, или Минальда взорвется, или Руди не сможет себя сдержать и выдаст их обоих. Но когда Алвир набрал в легкие воздуха, чтобы продолжить, вперед вышел Ингольд, с видом безучастного наблюдателя:

– Как известно, в данном случае, по законам Церкви, женщина имеет право выбора. На всех Церковных Советах говорилось о том, что браки, заключенные по принуждению или насильно, считаются недействительными. Насколько мне помнится, много лет назад миледи Джованнин сама боролась, причем вполне успешно, против стремления своей семьи выдать ее замуж. Разве я не прав, миледи?

Джованнин повернула голову, в узких темных щелочках ее глаз сверкнул огонь.

– Именно так, милорд волшебник.

– И тот же Совет постановил, – продолжал Ингольд спокойным назидательным тоном, – что любовные отношения между лицами, достигшими совершеннолетия и отвечающими за свои поступки, считаются допустимыми, будь то между лицами одного и того же пола или противоположного, прирожденными волшебниками или нет, приверженными вере или отлученными от Церкви, и считаются таковыми до тех пор, пока не нарушаются иные договоренности или права одного из участников. Конечно, были исключения, и тем не менее, разве не так гласит закон?

– Да, так, – голос Джованнин прозвучал напряженно и сухо.

У Руди хватило здравого смысла сдержать свой взрыв ярости по поводу той лжи, которую преподнес ему Алвир. Затем его охватила злость. У него не было сомнений, что Алвир так или иначе помешает им: канцлер обладал слишком большой властью над своей сестрой и мог причинить ей достаточно зла, если Руди останется. Но теперь он понимал, что произойдет после его ухода.

Алвир побледнел.

– Таков закон, миледи Джованнин, – процедил он, – однако мнение и добрая воля народа – это тоже закон. И королева, не думающая о благополучии Убежища... – Руди потрясенно вздохнул, – может вызвать нежеланные толки и возмущение. А это нам очень дорого обойдется.

Он навис над ними, как черная туча; ярость горела в нем, обдавая всех своим жаром. Рядом с ним Минальда казалась совсем юной и беззащитной, а маг, напротив, старым и уставшим. И все же яркие и жесткие глаза Ингольда без страха встретили взгляд Алвира.

– Да, очень дорого, – подтвердил волшебник. – Ибо никто не знает, как выпадут кости,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.