Воинство Рассвета стр. 159
милорд. – Как опытный фехтовальщик, он обратил свой обманчиво мягкий взор к Стюарту. – Готов ли ваш император настаивать на этом условии, даже ценой самого союза?
– Я, разумеется, не могу... – начал было племянник императора.
– Ничто не заставит меня отказаться от союза! – выпалил Алвир.
– Ибо, воистину, – продолжал Ингольд, словно не слышал слов канцлера, – если в Убежище вспыхнет конфликт и начнется раскол, кто знает, к кому может перейти власть?
У канцлера от неожиданности перехватило дыхание. Ему никогда в голову не приходило, что власть в Убежище может перейти в чьи-то чужие руки. Затем его черные брови гневно изогнулись.
– Ты мне угрожаешь?
Он протянулся к старику,
но Ингольд выставил вперед свой посох.
– Конечно, нет, – ответил волшебник, с удивлением глядя на Алвира. – Но, несомненно, император понимает, что в тяжелые времена всякое может случиться.
– Разумеется. – Стюарт резво вскочил и поклонился Алвиру, Ингольду и Минальде. – Знай я, что миледи с такой неприязнью встретит это предложение, я бы не рискнул даже упомянуть о нем, чтобы не оскорбить ее чувств, и, конечно же, наш всемилостивый император не стал бы и помышлять об этом. Он наслышан о красоте и доброте миледи, и поэтому всем сердцем возжелал этого брака, учитывая к тому же, что союз двух наших королевств был давно уже близок его сердцу.
– Еще бы, – пробормотал чей-то голос в задних рядах геттлсендских воинов.
– Я в отчаянии, что невольно вызвал ваш гнев. Милорд... миледи... не смею более вам досаждать...
Он еще раз поклонился и, шелестя шелковыми одеждами, поспешил, к выходу.
Ваир стремительно, как тигр, вскочил на ноги. Он догнал посла в дверях и уцепил своим крюком кружевной рукав Стюарта.
– Ты что, с ума сошел! – воскликнул он. – Император сказал...
– Мой дядюшка император доверил мне самому решать этот вопрос... впрочем, как и все остальные, – мягко ответил Стюарт. Двумя пальцами он высвободил рукав. – Поймите, командор, я предпочел бы иметь дело с братом, нежели с сестрой и этим колдуном, которые могут прийти к власти в результате смуты. Полагаю, с этим вы согласны?
Дверь с треском захлопнулась.
Первым тишину нарушил спокойный голос Алвира:
– Милорд волшебник. Я бы хотел поговорить с вами... наедине.
* * *– Мне нельзя было отпускать его. – Минальда сидела, поставив локти на колени и положив подбородок на ладони. С другой стороны от очага, в общей комнате расположился и Руди.
– Это должно было случиться, – тихо сказал он. – Господи, Минальда, что же нам теперь делать?
Она покачала головой.
– Не знаю.
Утро было уже в самом разгаре. В каморках Убежища слышались голоса: визгливая ругань Нан, протестующий рык Томека Тиркенсона и терпеливый вздох Кары: «Мама!» Пахло хлебом и развешенными на стенах комнаты пучками трав. Зашел Тед-подпасок и сообщил, что Тир по-прежнему надежно укрыт в сиротском приюте Убежища. Если Алвир и вздумал бы искать его, канцлеру никогда бы и в голову не пришло направиться туда.
«И как только я умудрился заварить такую кашу? – с горечью думал Руди, смотря на сжавшуюся в комочек Минальду, которая уставилась в огонь невидящими глазами. – Все, чего я хотел, это любить ее и быть счастливым. Вместо того, я полностью разрушил ее жизнь и не сумел ничего дать, кроме боли и позора. Может быть, Ингольд прав, и