Воинство Рассвета стр. 238
скрыли ее из виду.
* * *Путь в Гай оказался мучительным. Руди изучил его во время своей первой разведки в Логово и уже тогда нашел, что он сильно отличается от того, который проделали беженцы из Карста. Сначала дорога шла вдоль подножия холмов невдалеке от Ренвета. Но чем дальше они продвигались на север, пересекая так называемое «зеленое сердце королевства», тем более безотрадной становилась местность. Кругом, насколько хватало глаз, простирались свинцовые болота с покрытыми серебристым льдом озерами. Армии приходилось отыскивать тропу, обозначенную волшебниками, по вершинам высоких холмов.
Дни стояли серые и промозглые, по ночам завывал спускавшийся с гор снежный буран, окутывая лагерь водоворотом снега и дождя. То, что буран был вызван самими же волшебниками, как щит против сил Мрака, ничуть не уменьшало мучительного холода. Однажды после такого бурана они наткнулись на трупы цыганской семьи – все они погибли от холода.
– Они бы все равно замерзли, – рассудительно заметил Вос, рассматривая оборванное тряпье, покрывавшее тела посиневших, истощенных мертвецов, прижавшихся друг к другу.
– Ничто не вечно, – спокойно подтвердил Ингольд. – И тем не менее, эти смерти – дело наших рук.
Брат Венд отвернулся, тщетно пытаясь сдержать слезы. Руди, растерявшись, стоял молча. А войско прошло, даже не заметив трупов под снежным бугорком у дороги.
Армия разбила лагерь в поле перед воротами Гая, в сени Традского холма. Крест, который когда-то возвышался над вершиной, был сломан и уничтожен, но все равно никто из воинов не посмел установить палатку на этом месте.
Когда кровавое солнце окрасило на западе разорванные облака, Майя из Пенамбры, с подвешенным к поясу мечом, отслужил мессу перед битвой. Со всех сторон холма земля потемнела, покрытая опустившимися на колени солдатами, как южанами, так и северянами. Будучи отлученным от церкви, Руди не принимал участия в богослужении, но, как ни странно, мягкий, тихий голос прелата он слышал повсюду, в любом месте лагеря. Он прошел мимо Кары и Томека Тиркенсона, тоже отлученных, – они стояли чуть поодаль от толпы, окружившей походный алтарь. Вдалеке он увидел брата Венда – с помертвевшим лицом тот наблюдал за богослужением из-за прикрытия палаток.
Село солнце, и поднялся ветер. Какими бы бесконечными ни были зимние ночи, скоро наступит рассвет.
* * *Руди лежал в темноте в спальном отделении палатки и мучился ужасными страхами.
Не то чтобы он не верил в возможности огнеметов, «нашего секретного оружия», как напомнил он себе с кривой усмешкой. Не сомневался он и в необходимости самого вторжения. Насколько ему было известно, Дарки все еще брали живых пленников, чтобы пополнить свои поредевшие стада. Если не спалить Логова, не выжечь их одно за другим, всегда будет существовать опасность, что кто-нибудь из близких ему людей – Минальда, Джил, Тир, когда тот станет постарше, – закончат там свои дни.
И в тоже время Руди был магом, да еще и художником, и потому мог дать волю своему воображению. Сама мысль о предстоящем сражении пугала его. По собственной воле спуститься в ад, сражаться в лабиринтах подземелья, в полной темноте...
Он знал, что потери будут огромными. Чары Сил Мрака могут приглушить магический свет, а, возможно, и вовсе загасят его. Большинство волшебников еще не овладели мастерством магии в достаточной степени.
«Там,