Воины Зоны стр. 364
две пули, я присел.
Разметав пар, граната понеслась вдоль стеллажей, с ревом пролетела над головой и взорвалась далеко позади. Бугров закачался, задергался, сервомоторы взвизгнули… Отодвинув крайний стеллаж, он протиснулся в проход. Сквозь пар я увидел поднявшийся ствол пулемёта и бросился вбок.
Там был штабель дощатых ящиков, я вломился в них, заколотил кулаками, пытаясь повернуться, разбросать…
Пулемет застучал, пуля впилась в левое плечо, другая задела шлем по касательной, он треснул.
Меня будто молотком стукнули по черепу. Я закричал, забился, как попавшая в паутину муха, — и пробил гору ящиков.
На голову посыпались гайки, дощатая стена провалилась, и я провалился вместе с ней. Содержимое ящиков посыпалось вперед, вместе с грудой расщепленных досок и липких от масла гаек я вывалился в проход по другую сторону. Вскочил, упал, опять поднялся и похромал прочь.
Плечо пульсировало болью. Обернувшись, я увидел, как сдвигается один из стеллажей. Сервомоторы уже не выли — визжали от напряжения. Стеллаж сползал рывками, Бугров толкал его перед собой.
Теперь успею добежать до бытовки прежде, чем монолитовец освободится. Я метнулся вбок, стараясь не обращать внимания на рану… и вдруг понял: пистолета нет! Где я его потерял? Ну да, когда пробивался сквозь ящики — оставил в груде досок и гаек!
Теплый пар наполнял воздух. Катушка с кабелем опрокинула один из трансформаторов, из-под него текло масло, сочилось сквозь прутья решетки. Вот он, изрешеченный пулеметной очередью вагон, — сквозь пробитые пулями дыры виднеется бытовка и оборудование на стойках.
Лязг сзади. Сорвав с жилета гранату, я обежал вагон. Разогнул усики, выдрав кольцо, отвел руку в сторону — отстрелился рычаг предохранителя у детонатора. Я на бегу размахнулся и швырнул ее, она влетела внутрь бытовки, покатилась, звонко лязгнула обо что-то и взорвалась.
Вспышка озарила длинную комнату, нечто среднее между операционной и мастерской. На кронштейнах висели части экзоскелета, трубки, корпусы сервомоторов, изогнутые пластины, кольца и полусферы. В центре стоял операционный стол, рядом — столик с хирургическими инструментами. Взрыв опрокинул его, посыпались скальпели и ножницы, отлетела, вращаясь, табуретка на колесиках…
Бросая гранату, я приготовился умереть. За этим взрывом должен последовать другой, куда более мощный. Первый убьет притаившегося в бытовке хозяина Зоны, второй — меня, Бугрова, Костю, если только он еще не умер от ран, выживет лишь Аня, кладовые далеко от этого зала…
Все произошло не так. В яркой вспышке я разглядел много чего, но не доктора Кречета. Его не было в бытовке.
* * *Стальные ступни все громче лязгали о пол. Сделав по инерции несколько шагов, я остановился. Плечо болело, по руке текла кровь. Куда делся Кречет? Ведь должен быть там, вспышка, кроме прочего, озарила его кресло, лежащее у стены… Так, а это что такое?
По полу перед бытовкой тянулась влажная полоса, изгибалась вокруг столика с терминалом. Пунктирная линия крови, обозначавшая путь того, кто полз прочь от бытовки… Куда полз? Я посмотрел на оборудование. Заметил лежащую неподалеку «М4», выпавшую из рук напарника после взрыва первой саабовской гранаты, увидел красный столбик на мониторе: он подобрался к самому краю шкалы, до окончания трансмутации осталась минута, если не меньше.
Что-то шевельнулось за оборудованием, и я приподнялся на цыпочках.
Доктор Кречет подползал к самолету.