Воины Зоны стр. 366
черепа.
Долбя ножом микросхемы, я сунул гранату в ящик, из которого торчала пулеметная лента.
Нож застрял. Бугров рывком опустил руку, пытаясь ударить меня стволом гранатомета, я откатился за спину монолитовца, вскочив, побежал к вагону. Сервомоторы выли, дрожал пол. Загрохотал пулемет, хлопнул «Сааб» — зомби поворачивался, описывая очередью круг. Пули врезались в бытовку, пошли дальше, за ними потянулись разрывы — по стене склада, по штабелям… Сейчас он развернется на сто восемьдесят и ударит мне в спину.
Сзади раздался взрыв, и я упал, прикрыв голову.
По залу прокатился дробный грохот. Когда эхо смолкло, я перевернулся на бок, глянул назад. Механический зомби все еще был на ногах. Патронный ящик разворотило, выгнутые наружу железные лепестки торчали во все стороны. Взрыв погнул раму, превратил бок монолитовца в дрожащие красные лохмотья и чуть не оторвал руку с пулеметом. Бугров сделал шаг и начал заваливаться на спину. Из развороченного электронного блока, откуда до сих пор торчал нож, ударили искры. Левая нога, зажатая в тисках стальных трубок и кабелей, сделала второй шаг. Искры посыпались опять — переместилась правая. Еще шаг. Еще. Я видел, как исказилось лицо Бугрова, как он пытается повернуться ко мне, чтобы выстрелить, — и не может. Он шел, дергаясь из стороны в сторону, будто сломавшийся
робот, рывками отклоняясь назад и вперед, едва не падая, по диагонали через зал.
Я поднялся. Зеленые цифры на мониторе показывали, что до взрыва осталось две минуты.
Доктор Кречет вползал в кабину бомбардировщика.
* * *Ноги не слушались его. Кречет вцепился в край кабины и подтягивался. Наверное, он дал сигнал через подключенные к нему провода — двигатель самолета взвыл.
Так материальное тело не имеет значения для тебя? Почему же ты убегаешь — или в последний момент решил, что с телом все же лучше, чем без него? Наверное, ты понял: все это — не игра, Зона не шахматная доска. Или, возможно, осознал вдруг, что и пешки могут поставить мат королю? Доктор Кречет, ты все еще хочешь попасть в пространство чистой информации — или уже раздумал?
Я побежал к нему,
Неважно, хочешь ты или нет, сейчас я отправлю тебя туда.
Увидев валявшуюся возле терминала винтовку, свернул к ней, поднял и прицелился. В последний миг Кречет ощутил что-то. Уже до половины забравшись в кабину, он оглянулся, и тогда я выпустил в него все, что оставалось в магазине. Тело задергалось под пулями, а потом соскользнуло на пол.
Магазин опустел, я бросил оружие. На мониторе было: «1.52». Приборы жужжали, щелкали реле, мигали лампочки. От хромированного цилиндра, окруженного торчащими из бетона головками ТВЭЛов, шло тепло.
В глубине зала раздался грохот, вершина одного штабеля осыпалась, донесся лязг. Бугров может растоптать Лабуса! Я бросился вслед за монолитовцем, понимая, что это уже не важно, что напарник и так погиб, а если не погиб, я не успею доволочь его до самолета, но даже если успею — нам все равно конец, фюзеляж с двигателем и скорострельной пушкой далеко не улетит, мы останемся в эпицентре плутониевого гриба… И увидел Костю, ковыляющего навстречу.
Он слабо ухмыльнулся мне, сделал еще один шаг и упал.
Двигатель бомбардировщика ревел. Из дальнего конца зала донесся протяжный лязг,