Вор и тьма стр. 205
и песок! Мы успеваем! До эльфийского леса какая-то пара дюжин шагов. Лава из сотен мурагов уже никак не достигнет нас.
Но кто это? Крик? Откуда он взялся?
Я увидел поднятый лук и вспомнил про боль, что терзала плечо и ногу. Потому как к прежним мукам добавилась новая. Споткнувшись, схватился за стрелу, пробившую грудь и вышедшую из спины.
Липкая от крови стрела. Моя кровь. Я ощутил ее вкус во рту, она потекла с уголка губ.
Уже не бегу, но смог сделать еще один шаг. Смерть. Я почти мертв… Но как же так?.. Алиса!..
Упали на колени обе тени, опустили безвольными куклами головы. Что-то кричит Велдон. Но в меркнущем мире я оглох и не могу услышать его.
Я рухнул наземь, завалившись на бок, все так же не выпуская из рук эльфийскую стрелу. Ткнулся лицом в снег.
Холодно…
Это последняя мысль.
Я умер.
Эпилог
— Что ты увидел, Николас?
Голос, который невозможно не узнать или позабыть. Люцифер!
Я лежал, и, как казалось, очень долго; ничего не ощущая, не понимая, где я и что я. Веки не желали подниматься, но вдруг, неожиданно для самого себя, открыл глаза. Приподнялся, сбросив на снег плащ, которым был накрыт, и вновь упал на землю. Сил нет совсем.
Накрыли плащом,
как мертвеца, — с ног до головы.
— Проклятье!
Я еще не умер. Или?.. Вспомнил последние мгновения у границы эльфийского леса и тихо застонал от тоски и отчаяния. Умер ведь тогда, осознаю это каждой частичкой своей проклятой души и тела. Однако вот дышу и дергаюсь. Значит, Ишмаэль довольствовался моей смертью.
Но Алиса! Моя любовь снова подвластна черной магии возвратившегося бога! Снова в плену!
Не замечая ничего, кроме Люцифера, что невозмутимо наблюдал за моими, должно быть, жалкими и неуверенными движениями, смог-таки пристроиться спиной к стволу дерева с шершавой корой и шумно выдохнул, в очередной раз помыслив о предельной усталости.
Светло. В паре шагов от носков моих грязных сапог весело трещит костерок. За ним, сидя на пне, дымит трубкой Сатана. Дьявол облачен в дорожные одежды преуспевающего купца: неброско, но дорого и со вкусом. Те же, чуть тронутые серебром, коротко стриженные волосы, черные глаза, ястребиный хищный нос и едва искривленные в насмешливой улыбке тонкие губы. Вечная ухмылка на его устах.
Рядом греет у огня руки Томас Велдон. В привычной монашеской рясе, только ныне он скорей похож на старого потрепанного кота, чем на человека. Сжался весь, более не шипит, но не сводит напряженного взора с врага; одно резкое движение — и вцепится в него когтями.
— Так как? Видел что? — повторил вопрос Сатана.
— Не видел ничего, — молвил я, оглянувшись.
Судя по всему, мы на дне широкого, пологого и густо поросшего деревьями оврага. Скрюченные стволы и снег, слегка припорошивший мох.
Запустение.
— Получается, нет ничего после смерти? — как бы между прочим заметил Сатана.
— Не знаю… — хриплым голосом ответил я; жажда дерет глотку.
Вспомнил про эльфийскую стрелу. Расстегнул залитый кровью изрезанный камзол. Под изорванной рубахой раны нет, только свежий шрам, занывший от соприкосновения с зимним холодом.
— Кровь и песок!
Лишь сейчас обнаружил, что подле меня лежит кто-то еще. Я испугался, страшась узнать в накрытом орденским плащом… Но нет, фигура явно