Восемь ударов стенных часов стр. 76
именем, — нашла коса на камень, как говорит пословица.
Он сел около нее и грубо, со злым лицом продолжал:
— А теперь открывайте свои карты. Кто состряпал всю эту историю? Не вы, конечно. Вы на это не способны. Кто же? В моей жизни я всегда был честен, безукоризненно честен… за одним исключением… с этой застежкой. Я думал, что это дело давно похоронено, а теперь оно вдруг всплывает. Каким образом? Я хочу знать.
Гортензия не пыталась продолжать борьбу. Он подавлял ее своим мужским превосходством, всей силой своей злобной натуры.
— Говорите же! Я хочу знать. Если у меня есть тайный враг, я должен узнать его имя, чтобы защищаться. Кто вас заставил действовать? Мой ли это конкурент, которого злят мои успехи и который хочет воспользоваться застежкой? Говорите, черт возьми!.. Или, клянусь…
Она вообразила себе, что он хочет схватить револьвер, и стала отступать, надеясь убежать.
Ее не так пугало возможное нападение, как злобное, искаженное ненавистью лицо противника. Она вскрикнула. Вдруг Понкарди остолбенел и, вытянув руки вперед, стал смотреть на что-то поверх головы Гортензии.
— Кто там? Как вы вошли? — прохрипел он сдавленным голосом.
Гортензия, не оборачиваясь, почувствовала, что Ренин явился к ней на помощь. Действительно, из-за кучи старинных вещей показался его тонкий силуэт, и Ренин спокойными шагами вышел на середину комнаты.
— Кто вы? — повторил Понкарди. — Откуда вы явились?
— Сверху, — очень учтиво ответил князь, показывая на потолок.
— Сверху?
— Да, я уже три месяца живу в верхнем этаже. Мне послышался шум, звали на помощь… Вот я здесь.
— Но как вы сюда вошли?
— Спустился по лестнице.
— По какой лестнице?
— По железной внутренней лестнице, которая идет с моего этажа к вам. Ваш предшественник занимал оба этажа. Вы же этот вход забили, а я открыл его.
— По какому праву? Это вторжение в чужое жилище!
— Подобное вторжение позволительно, когда надо прийти на помощь своему ближнему.
— Кто же вы?
— Князь Ренин… друг этой дамы, —
ответил он, целуя Гортензии руку.
Понкарди пришел в бешенство:
— А, я понимаю!.. Это вы инициатор всей этой истории… это вы прислали сюда эту даму?!
— Именно я, господин Понкарди, именно я.
— Каковы же ваши намерения?
— Самые чистые. Никакого насилия. Просто маленький разговор, после которого вы мне отдадите то, за чем я пришел к вам.
— Что такое?
— Вы отдадите мне застежку.
— Никогда, — запальчиво воскликнул антикварий.
— Не говорите так! Ручаюсь, что отдадите.
— Нет такой силы в мире, которая заставила бы меня это сделать.
— Не пригласим ли мы сюда вашу жену? Быть может, она лучше оценит положение вещей.
Эта идея Понкарди, видимо, понравилась, и он три раза нажал кнопку электрического звонка.
— Вот и прекрасно, — воскликнул Ренин. — Вы видите, дорогой друг, как господин Понкарди сделался вежлив! Как только он очутился в присутствии мужчины, он сразу же превратился в кроткую овцу. Но овцы тоже упрямы, и дело пройдет с препятствиями.
В глубине магазина поднялась портьера, и на пороге дверей, находившихся за нею, показалась женщина. Ей было лет тридцать. Она была очень просто одета и по виду напоминала кухарку. Лицо ее казалось добродушным и приятным.
Гортензия очень удивилась, когда в этой особе узнала горничную, которая служила ей, когда она была девушкой.
— Как, это вы, Люси? Вы теперь