Восьмое Небо стр. 715
собственным весом и сопротивлением воздуха. И если к этому моменту она не доберется до швертбота…
Ведущий на палубу трап она преодолела относительно быстро — ступени хоть и вибрировали, но пока были целы, а вот заклепки в перекрытиях и палубах уже тревожно звенели на своих местах, выдерживая огромное, накатывающее на корпус, давление.
Про то, что разваливающийся корпус — не единственная опасность на этом корабле, Ринриетта вспомнила слишком поздно, лишь когда выбралась на палубу. Наперерез ей метнулось что-то огромное, лязгающее, слепящее мертвенным синим светом и путающееся в собственных конечностях. Голем «Восьмого Неба».
Ринриетта испуганно выдохнула — в животе мгновенно образовалась область пониженного давления. Ужасно захотелось зажмурить изо всех сил глаза — так, чтоб не видеть ни страшных кривых лезвий на насекомоподобных лапах, ни пронизывающего света единственного механического глаза. В этом мире бесполезно было закрывать глаза и ждать чуда — он был создан из раскаленного железа, а не из ее собственных фантазий…
Голем не ударил. Некоторое время он просто смотрел на Ринриетту сверху вниз, озадаченно моргая единственным глазом, затем двинулся мимо нее вдоль по палубе, шатаясь и едва удерживая равновесие на полусогнутых ногах. Так иногда движутся опьяневшие омары, добравшиеся до бочек на винных складах — словно заводные игрушки, не разбирающие пути. Этот голем уже не был опасностью. Врезавшись на полном ходу в рубку, он осел бесформенной металлической кучей, бессмысленно дергая кончиками зазубренных лап.
Спекся, с невыразимым облегчением поняла Ринриетта. Должно быть, погружение в хаотический водоворот магических стихий что-то непоправимо нарушило в хрупком зачарованном мозгу. Хвала Розе, у нее самой был «Малефакс». Если бы не его помощь, глядишь, сейчас она сама бы слепо брела по кораблю, размахивая руками и бормоча под нос…
Верхняя палуба «Барбатоса» представляла собой жуткое зрелище. Это было похоже на остров из стали, в недрах которого гремело землетрясение. Гул огромных бронепластин был страшен. Казалось, еще немного, и где-то внутри корабля лопнет его хребет, отчего корабль мгновенно превратится в груду объятых пламенем осколков, несущихся прямиком в Марево. Дрожь стали передавалась телу Ринриетты даже сквозь толстую подошву сапог. Она с ужасом вспомнила, что швербот ждет ее на самом носу. Не прогулка, а страшный путь длиной в несколько сотен футов, через разъезжающиеся и проваливающиеся внутрь корпуса плиты.
Может, эту смерть и предсказал ей «Барбатос»? Ринриетта, стиснула зубы, стараясь унять лихорадочное дыхание. Она пройдет. Она доберется целой и невредимой. Вновь покажет кукиш Розе Ветров. Она все еще Алая Шельма, капитанесса Паточной Банды — а это наверняка что-то да значит…
Она бросилась бы бегом, но это оказалось невозможно. Палуба под ногами ходила ходуном и вздыбливалась, то и дело заставляя ее падать или хвататься за выпирающую арматуру. В палубе ежеминутно распахивались жадные зазубренные рты, в которые с легкостью можно было провалиться. Побежишь — оглянуться не успеешь, как рухнешь с переломанными ногами, наткнешься на какой-нибудь выпирающий штырь, как кит на гарпун, или попросту полетишь вниз. Нет, ей нужна выдержка, если она захочет невредимой добраться до конца.
Часть фальшборта в нескольких футах от нее с ужасным протяжным скрипом вдруг повисла на своих креплениях, было слышно, как лопаются болты, точно кто-то стреляет ослабленным пороховым зарядом из пистолета — тух-тух-тух… Секунда