Врата Валгаллы стр. 175
— Лидер — Шельмам, ВРАССЫПНУЮ НЕМЕДЛЕННО!
Для атаки на вражеский авианосец Кинжалы и Шельмы строились плотно. Для того, в основном, чтобы количество целей превысило возможности турелей. И торпеды противника, подкравшегося невидимкой со стороны огромного косматого диска светила, оказались уже почти в самом центре их скопления. Небольшие торпеды, но когда одна из них взорвалась…
— О нет! Лидер — Синему! Бента!..
Горящие обломки, Тецимы и «друзья» вперемешку, всё, что попало в радиус поражения, который оказался… большим. Рядом, в шлемофоне что-то схожее по смыслу, но гораздо сочнее орал Гросс.
Не задалось, значит. Только что они были охотниками, и вот уже вели бой за одну только возможность уйти. Ещё одно звено… Думать об этом сейчас было почти невозможно. Думать о чём-либо вообще было совершенно невозможно!
— Тройка — Красному-Один. Старик отвалился.
Рубен выругался. Джонас определённо ему надоел.
— Подбери его, Магне. Один не выкрутится. Двойка — ведомым к Далену!
— Но, командир!.. — возмутился Вале.
— ПРИКАЗ! — прорычал Эстергази, закладывая вираж и легко отрываясь от обоих.
— Тройка — Первому, понял, — обречённо сказал Дален. — Командир, вы того… осторожнее бы.
— Не первый год замужем!
Шнырять посреди боя, разбившегося на беспорядочные схватки, и постреливать, когда представлялась возможность снять урода. Рубен даже увлёкся. Дело привычное, можно даже забыть об отсутствии ведомого за левым стабом. Забывать об этом, правда, не следует никогда.
— Кто-нибудь! — голос Гросса в ларингах вскипел паникой и злобой, — Отстрелите эту суку на…!
— Шельма — Кинжалу, что у тебя?
— Подцепил на хвост эту погань. Она с фиксацией цели!
— Флэши сбросил?
— Ясное дело! В ней, верно, детектор масс, на дурь не ведётся!
— Дай пеленг. Я иду.
Умненькая торпеда. На «дурь» — контейнер, при отстреливании рассыпающий в пространство ложные цели — не повелась. Не отпустила Гроссов хвост. И теперь, оглушая эфир бранью и форсируя двигатели, Кинжал выбирался из боя. Чтобы коли уж взорваться, так своих не зацепить. Радиус поражения в куче лёгких Тецим был ужасен.
Рубен пристроился параллельным курсом.
— Отстрели её, Шельма, — прохрипел Гросс. — Чего ждёшь?
— Я пустой.
Торпеду можно снять только торпедой.
— Чёрт, чёрт, чёрт!
— Катапультируйся, — подумав, предложил Рубен. — Я подберу.
— Ни хрена. Сгорим оба.
Перегрузка прижимала так, что даже вздохнуть подвигом казалось. Гросси выжимал из двигателя всё, что мог, и по тому, как при равном ускорении было несладко Рубену, тоже едва ли мог пошевельнуть рукой. Или извилиной.
— Ещё быстрее можешь?
— Спятил? Это… мощности ж не хватает! И предохранители не дают!
— Ладно! — внезапный приступ идиотского веселья охватил Эстергази, и на долю секунды он смолк. Быстрая, почти неуловимая глазом тень накрыла Гросса — он уходил от солнца — и тут же писк датчика, сообщавшего пилоту, что тот зафиксирован как цель, прекратился.
— Ты чист! — сообщил Шельма странно искрящимся голосом.
— Фууу! Что ты сделал? Аааа! Кретин, зачем…
— Шельма-Лидер — всем! Очистить коридор! Везу торпеду.
И — ходу! Ты носишь звание лучшего пилота планеты. Учитывая, что именно эта планета поставляет лучших пилотов в Галактике, есть законный повод лелеять в себе гордыню. Огнём из дюз ты способен начертать своё имя на чёрном небе. И даже делал это на спор с отцом, удостоившись кивка и слова «можешь». Ты проходил через игольное ушко. Через десяток ушек, завязывая в промежутках узелки и