Библиотека

Все дело в науке стр. 5

Размер шрифта
-
+
Тема

из маленького фонтана.

- Бог мой, Джонас, ты что, - простонал Питер и опустил лицо в миску с водой.

- Мне ведь тренироваться нужно. Разве не так? - ответил тот. - Ты должен был сделать обманное движение, Питер, потом отступить в сторону и послать удар правой! Разве я не учил тебя, как защищаться от свинга?

Дальше тренироваться Симмонсу пришлось без напарника. Каждый день он часами работал с боксерской грушей и полностью ушел в упражнения, о которых вычитал в пособии для боксеров. Заглянув как-то под вечер в скобяную лавку, Питер Болей увидел, что хозяин, голый по пояс, прыгает как сумасшедший перед

большим зеркалом, делая обманные удары и нанося свинги и апперкоты по собственному отражению.

Он одновременно перескакивал с ноги на ногу, дергал головой вправо и влево и выбрасывал вперед то одну, то другую руку, защищая лицо.

- Господи, Джонас, что ты делаешь? - воскликнул бакалейщик, застыв от удивления.

- Теневой бокс, - мрачно пояснил Симмонс, даже не оглянувшись.

Прошел месяц, наступил канун праздника.

В пятницу вечером, часов в десять, то есть поздно по меркам Холтвилля, Джонас Симмонс в одиночестве сидел в подсобке своей лавки, уперев ладони в подбородок и мрачно уставившись в темный угол. Это был трудный месяц. Он тренировался долго, старательно и упорно. А тем временем по городу ползли все новые и новые слухи о славной былой карьере мистера Ноттера.

Лицо Джона Симмонса меньше всего выражало радостное нетерпение.

- Чемпион Колумбуса среди любителей, - только проворчал он, и опять все стихло. Через какое-то время он встал, выключил свет и пошел наверх в кровать к жене. Ударив перед уходом по ящику, на котором сидел, он вновь громко сказал: - А Колумбус-то город немаленький.

На следующий день весь Холтвилль поднялся рано.

Ежегодный пикник Купеческой ассоциации был крупнейшим событием лета, даже более значительным, чем Республиканское ралли.

В роще Уеллмен, что в двух с небольшим милях от центра города, уже несколько лет подряд проводились фестивали. Вот туда в это свежее июльское утро и направлялись в фаэтонах и колясках, в автомобилях и пешком все жители Холтвилля и округа, предварительно заперев двери и окна и выпустив на волю кошек.

Семьи Джона Симмонса и Питера Болея, которые, впрочем, состояли только из них самих и их жен, так как обе пары были бездетными, прибыли вместе на пятиместной таратайке бакалейщика. С шести утра Болей уже несколько раз смотался туда и обратно с различными принадлежностями и приспособлениями для сегодняшних увеселений и игр.

Среди прочего там была бельевая веревка, снятая в его огороде. Ее натянули вокруг четырех столбов, огораживая площадку, "ринга" для главного события дня.

Джон Симмонс, сидя на переднем сиденье рядом с бакалейщиком, держал на коленях аккуратный пакет, в котором лежали тщательно упакованные две губки, четыре полотенца, комплект боксерских перчаток и его личный костюм для состязания.

Костюм привел в восторг двух-трех избранных друзей, которым было разрешено взглянуть на него. Сделаный из красного шелка и бело-голубого муслина прелестными ручками самой миссис Симмонс, он в точности повторял костюм Джесса Вилларда в его победном поединке с Джеком Джонсоном и был скопирован с фотографии, которую Слим Перл, цирюльник, нашел в старом номере "Полис газетт".

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.