Все или ничего стр. 74
рушится. До сегодняшнего дня, а может, и всегда я буду чувствовать себя виноватой, Грант, за то, что хоть и неумышленно, но это случилось по моей вине. Я так была поглощена мыслями о своей карьере и своими амбициями, что не видела, что происходит.
— Поэтому ты сдалась без борьбы?
Брайони поморщилась.
— Я даже тогда не понимала, насколько все сложилось против меня. Анжелика выбежала из комнаты вся в слезах. Ник бросился за ней, а спустя полчаса меня вызвали к его матери и дяде. Они сказали, что я соблазнила Ника, использовала всякие женские уловки, чтобы привлечь его внимание, угрожала разоблачением, намереваясь разрушить его брак, и так его околдовала, что он уже не мог сопротивляться.
Знаешь, в первую минуту мне показалось, что я забрела в сумасшедший дом: что бы я ни говорила, не имело никакого значения. — Брайони покачала головой. — Конечно, в то время я не знала, какую роль через Анжелику во всем этом сыграл ты. Однако до меня дошло, что я бьюсь головой о стену, что Ник будет говорить Анжелике то же самое — что я заманила его в ловушку и так далее, и, в конце концов, я сказала: "Думайте, что хотите, я все равно увольняюсь", — и вылетела из комнаты.
Поразмыслив немного, я поняла, что по сути ничего не могу сделать, разве что подать на Ника в суд, но, знаешь, я не могла допустить, чтобы два человека прошли через эти унижения — я и Анжелика.
— Брайони…
— Ты веришь мне, Грант?
— Да, так все и должно было быть, я просто был слишком… умышленно слепым, чтобы не видеть этого. Значит, все время ты по сути защищала Анжелику?
— В некотором роде, да, — серьезно ответила Брайони.
— А ты не подумала о том, что незнание вины Ника принесет ей скорее вред, чем пользу?
Брайони вздохнула и вновь села.
— Рассуждать об этом хорошо, а вот пойти к женщине, для которой муж — Бог, от которого исходит сияние, и сказать, что он — подонок, не так-то просто. И потом существовала вероятность того, что он достаточно напуган и поэтому изменится. Кто знает? Я надеялась, что так и случится.
— И ты боялась, что я приму меры, когда узнаю правду?
— Да… Но не думай, что все было так благородно и жертвенно с моей стороны, как звучит. Долгое время после того, как я ушла с работы, я проигрывала разные варианты, чтобы восстановить доброе имя. Я ходила к адвокату, я разговаривала с друзьями и коллегами, но в конце концов пришла к выводу, что денег на судебное разбирательство уйдет много, а результата никто не гарантирует. И тогда с великим сожалением, поверь мне, я решила поставить точку и начать жизнь с начала. Я подумала, что это поможет Анжелике. И уж не знаю почему, но я так думаю до сих пор… Ой! — Брайони подскочила на стуле и бросилась спасать свои лепешки. — Черт!
— Ничего, их еще можно есть, — сказал Грант улыбаясь. — Еще чашечку чая?
— Послушай, я должна подавать завтрак через полчаса! — Брайони огляделась вокруг, неожиданно смутившись. — И еще у меня полно дел. Ты не мог бы… — Она замолчала.
— Не мог бы что?..
— Прийти попозже, — неуверенно проговорила она. — Во второй половине дня