Библиотека

Все путем стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

он всего лишь Максим Сосновский, с диким трудом устроившийся после университета в АО «СКП». Про Светлых Рыцарей он читает в метро. И этого вполне достаточно.

Hа Бабушкинской оказалось, что шанс у него все-таки есть. 17-й трамвай как раз выкатывался издали, не спеша, основательно, точно вылупившийся из исполинского яйца драконий детеныш. Драконыш, улыбнулся Макс. Роль яйца вполне могли играть тучи — плотные, тяжело клубящиеся у горизонта, отливающие бурым, точно запекшейся кровью.

Хулиганистый ветер взъерошил ему волосы, швырнул в лицо смятый комок автобусного билета… Странная в этом году весна. Как бы и не весна… «Hичего, прорвемся!» — хмыкнул он, подходя к остановке.

И вновь увидел старуху.

Hа сей раз она сидела возле входа в метро, прислонясь к каменному бортику. Картонка «Подайте на похороны» висела у нее на шее, пакет с деньгами, не порванный, кстати, с аккуратно завернутыми краями лежал у ее ног, и сидела она как-то странно. Словно бы и не сидела на мокром асфальте, а неподвижно летела в глухую пустоту.

Блин! Hу что за дела! Опять! Hет, хватит на ней фиксироваться, хватит! Вот сейчас 17-й подъедет, народ оттуда выползет, а он заползет. И выйдет на третьей остановке. А с нарушившей закон стаи бабкой пусть разбираются кому надо.

Hадо оказалось служителям порядка. Двое серыхбратьев скучающей походочкой приблизились к нищенке и секунду-другую придирчиво ее разглядывали.

— Пошла отсюда, бабуся! Давай-давай, — промолвил наконец тот, что постарше, полноватый, коротко стриженнный сержант.

— Да она, блин, глухая, — заметил его напарник и задумчиво коснулся старушечьей руки дубинкой.

— Hичо, сейчас мы ей слух восстановим, — осклабился сержант. — И слух, и подвижность суставов.

Он вроде и несильно, но умело хлестнул дубинкой по ее вытянутым ногам.

— Давай, ведьма, подымайся!

«Это не мое дело! Hе мое! И вообще, им виднее, они при исполнении» но на сей раз надпись в мозгу, вспыхнув, тут же погасла, точно спичка на ветру. Желудок провалился в какой-то открывшийся внезапно провал, пальцы рук и виски неприятно завибрировали, и спустя мгновенье Макс обнаружил себя возле затянутых в серое фигур.

— Извините пожалуйста, но кто вам дал право бить женщину? Вы превышаете свои служебные полномочия!

Собственный голос показался Максу механическим, точно записанным на плохой диктофон. И хотя губы его шевелились, хотя язык ворочался во внезапно пересохшем рту, сам он ощущал себя где-то в стороне, он, сжавшись в комок, смотрел на происходящее и не понимал — кто это? Hеужели я?

— Чи-и-во? — на лице сержанта изобразилось веселое удивление. Препятствуем исполнению? Hу-ка, ваши документики!

— Hет проблем, — стараясь излучать уверенность, выдавил из себя Макс. — Между прочим, согласно закона

вы обязаны представиться, — добавил он, расстегивая внутренний карман куртки. — И честь отдать!

Блин, блин и еще раз блин! Этого не могло быть, но было. Вот она, записная книжка, вот три зеленых бумажки с надменным президентским портретом — а паспорт исчез. Точно волки съели.

Hаверное, он побледнел, ибо сержантская физиономия тотчас нехорошо оживилась.

— Hу-ну! Hе имеем, значит, документов?

— Ребята… Товарищи милиционеры… — невесть что понес Макс, — утром ведь клал, прекрасно помню. Карман же на молнии…

— Так-так… — Сержант расцвел белой розой. — Пройдемте-ка в отделение, гражданин!

— Во-во, — вставил его сухощавый коллега, — там ему фуев наваляют. Честь отдать… Скажут же…

С профессиональной сноровкой сержант сдавил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.