Библиотека

Всемирный следопыт, 1925 № 07 стр. 68

Размер шрифта
-
+
Тема

страны, где я знал, что найду отзывчивых друзей и единомышленников. После моего освобождения с Острот Спасения, я завязал переписку с одним парижским публицистом, который дал мне много адресов своих нью-йоркских друзей. Среди других был адрес Этьена Броссара— мастера искусственных цветов.

На следующее же утро по прибытии в Нью-Йорк, я отправился по указанному адресу. Там оказался Французский пансион; женщина, открывшая мне дверь, на мой вопрос о мосье Броссар, ответила, что он уехал на несколько дней, но предложила мне поговорить с ее мужем, которому мосье Броссар перед от’ездом давал какие-то поручения.

Муж ее, тоже француз, владелец пансиона, любезно встретил меня и

когда узнал, что я приехал из Южной Америки, поправил меня:

— Точнее, из Французской Гвианы, не так ли?

— Да, — ответил я не без удивления.

— Ну, тогда вы, наверное — Рульер, о приезде которого меня предупредил мосье Бооссар. Я очень рад, что вы благополучно прибыли к нам… А теперь располагайтесь здесь, как у себя дома.

Впоследствии я узнал, что он хорошо был знаком со всем моим делом и что даже принимал участие в сборе денег, которые мои друзья хотели мне послать в Кайенну для ускорения побега.

Дней через пять вернулся мосье Броссар, и, благодаря его помощи и содействию других моих друзей, заинтересовавшихся моей судьбой, я получил небольшую должность в одном отеле.

Так прожил я довольно благополучно всю зиму, а весной я покинул Нью-Йорк и отправился в С.-Луи.

Здесь я поступил в мастерские при большой Промышленной Выставке 1914 г.

Из С.-Луи я переехал в С.-Франциско, где зарабатывал хлеб в качестве переводчика и учителя французского языка. Здесь я познакомился с несколькими рабочими золотых приисков в Колорадо и так заинтересовался их жизнью, по их описаниям, что примкнул к их партии и проработал с ними несколько месяцев. Возвращаясь оттуда в Калифорнию, я тоже на несколько месяцев застрял в Ута, в колонии французских и бельгийских рудокопов. А затем уже поехал в С.-Франциско.

К этому времени относятся мои первые опыты в области журналистики. Был я рудокопом и ремесленником, а теперь, оказалось, я должен был превратиться в работника пера. Моим первым созданием была маленькая еженедельная английская газетка «Освободитель», в которой я развивал свои политические убеждения. Но вскоре из-за недостатка в денежных средствах я принужден был закрыть «Освободителя».

Я получил предложение от одного французского журнала написать целый ряд статей о жизни рабочих Северо-Американских Штатов. Я был знаком со многими областями труда и поэтому сейчас же принялся за работу. Но когда дело коснулось жизни рабочих дровосеков, я должен был признаться, что слишком мало знаю быт этого многочисленного класса кочующих рабочих. Чтобы ознакомиться с их жизнью я сделался дровосеком в Хайноуль Каунта, в северо-западной Калифорнии. Здесь я помогал сваливать одни из самых больших деревьев в мире. Отсюда я перешел в штаты Вашингтон, где работал на разных лесных дачах. Перебираясь, таким образом, с одного места на другое, я близко познакомился с разными типами «кочевых» рабочих, их привычками, обычаями.

До меня дошли слухи, что в Британской Колумбии заработная плата была очень высока. Я сейчас же решил ехать в Ванкувер. Иммиграционные чиновники, однако, предупреждали, что мне в’езд в Британскую Колумбию не может быть разрешен, в виду того,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.