Всемуко Путенабо стр. 252
кивает Алекс, разглядывая печать на простыне больничной койки.
— Мне было жаль бедняжку. Время от времени я дарил цветы, оказывал другие приятные знаки внимания. Это чтобы она не думала, что все мужчины одинаковы.
— Как вы познакомились?
— Случайно. Я прибыл в «Риэлтинг» для переговоров, нужно было срочно пристроить несколько квартир, а других покупателей с деньгами на руках в городе не было.
Алекс прикусывает губу: «Кажется, с выводами о непричастности я поторопился». Так срочно продают только квартиры с криминальным прошлым. Специально проворачивают несколько быстрых оформлений купли-продажи, чтобы перед законом отвечал лишь конечный добросовестный покупатель. Сейчас с этим начали бороться, но начали — это еще не побороли.
— В кабинете мужа сидела и чуть не плакала Валерия. Она прибыла за минуту до меня и перед офисом увидела, как супруг отбывает в неизвестном направлении с какой-то размалеванной кралей. Я взялся отвести ее домой. С тех пор и началось.
— Что насчет Алены? — Алекс возвращается к обойденному пункту. — Как вы познакомились с ней?
— Собственно, с Аленой я встречался только один раз — по просьбе Валерии. До этого знаком не был.
Алекс молча ждет продолжения. Гаджиев рассказывает:
— Это было после одной вечеринки. Кто-то из мужчин представил собравшимся молодую даму, с которой пришел. Горский незамедлительно принялся обхаживать ее на предмет интересных возможностей. Валерия все видела.
— У Владимира Терентьевича… получилось?
Усы собеседника колышутся в горизонтальной плоскости:
— Нет.
— Почему вы так уверены?
Гаджиев смотрит на Алекса как на ребенка:
— Такое очень трудно скрыть от того, кто в данной информации заинтересован. Алена дала Горскому от ворот поворот. Вежливо, с улыбкой, но раз и навсегда.
— Зачем же вы…
— Валерия просто на стену бросалась. Горский сам гулял, а за ней следил, как товарищ Берия за врагами народа.
— Были поводы?
— Мы старались не давать. Но в этот раз нам необходимо было встретиться. И Валерия сама предложила. Она узнала и дала мне телефон Алены. Только на нее Горский мог клюнуть сразу и безоговорочно. Я проявил все свое обаяние. Волосы рвал. Чуть головой о стенку не бился. В конце концов — уговорил.
— На что?
— А на что я мог уговорить? Понятно, на что. Просто помочь. То есть, занять Горского на пару-тройку часов. Сходить с ним в кино или на концерт. Не в сауну же.
— А Алена?
— Сказала, что исключительно ради нашей любви.
— Вот как? — улыбается Алекс.
— Простите. — Гаджиев становится серьезным до невозможности. — Шутки здесь неуместны. Вот Алена нас понимала. Знала, что такое настоящая любовь. И только поэтому согласилась.
— Значит, все же пошла? Почему же вы уверены, что между ними не…
— Вечером того дня она перезвонила мне и очень ругалась нехорошими словами. Сказала, что никогда больше. Горский даже людей не стеснялся. Понимаете, Владимир — перманентный гулена с неустранимым бесом в ребре. Ему все равно, где и как. Однозначно, рано или поздно из семьи он ушел бы. А у нас с Валерией все серьезно.
— То есть теперь, когда Горский исчез…
Расул Алигаджиевич делает останавливающий жест.
— Нет. Пока Валерия не решит, что пора, я не выйду из тени. Она дорожит своей репутацией.
Алекс не может не съехидничать:
— А как же любовь?
— В нашем возрасте необходимо уметь совмещать.
— То есть, имущество и