Всемуко Путенабо стр. 98
Владимира Терентьевича нельзя завести уголовное дело. Поэтому завели на тебя.
— Почему нельзя?!
В ответ — пожатие хрупких плеч, колыхнувших то, что так вдохновляло сержанта:
— Не знаю. Ты пей, пока не остыло. Посидишь минутку один? Я переоденусь.
Кирилл не дал ей упорхнуть:
— Подожди. — Ее игривость раздражала. Он пришел именно за ответами. — Что спрашивали? Дословно.
— Все. О директоре, о тебе, о фирме.
Она все-таки унеслась за перегородку.
— Лиза! — позвал Кирилл, подавившись очередным «кха-гррха-а». — Поможешь еще в одном деле?
Он поднялся, диван скрипнул. Красивое личико мгновенно вынырнуло над ширмой, продемонстрировав точеную шейку над обнаженным плечиком:
— Чего надумал? — прозвучало возмущенно и обидчиво. — Отлежись, приди в себя. Сейчас принесу градусник, померим температуру…
Он не слушал:
— Мне нужно к адвокату Горского.
— Но ты болен.
Отхлебнув чаю, Кирилл поставил чашку на место и направился в прихожую.
— Постой! — наспех вползая в натягиваемое на бедра домашнее платье, Лиза выскочила из-за ширмы. — Что нужно сделать?
Он улыбнулся:
— Вот это разговор. Одевайся. Я побуду еще немного твоим женихом?
Она замирает недоверчиво.
— Что?
— Доведи меня до места без приключений.
— Без приключений? — машинально повторяет она.
Интонация странная. Но ему некогда думать о постороннем.
Куртки, шапки, сапоги-ботинки. Готовы. Из соседней двери за их выходом следит соседка. Кирилл приветливо кивает.
— Если тебе негде остановиться… — Лиза догадывается, что жизнь за чертой закона не проста. Она хочет помочь.
Но его ищут и за этой чертой. Полиция — меньшее из зол.
— Спасибо, — говорит он. — Пока не знаю.
Кирилл широко шагает с висящей на локте девушкой, которая так усердно пытается взять его под опеку. Кажется, у девушек это в крови.
Мысли улетают в сторону. Алена, Павлик, теперь еще Горский.
Хорошо, что мороз. Легко прятаться. Особенно с такой помощницей.
Взяли такси. Ехали молча. Кирилл знал, где живет юрист генерального директора, это ни для кого не составляло секрета.
Такси сворачивает в квартал красивых уютных коттеджей — небольших, но солидных, сделанных со вкусом. Около нужного дома Кирилл просит Лизу вызвать юриста, сам остается в стороне. На всякий случай.
Ждать приходится минут пять.
— Кирилл?
— Здравствуйте, Ефим Натанович. — Он выходит из тени навстречу появившемуся из дома юристу. — Простите за беспокойство.
— Молодой человек, после визита плясавшей под чью-то дудку полиции видеть вас на свободе — счастье. — Радушие пожилого адвоката неподдельно. — Чувствую, у вас имеются вопросы?
— Вы сказали — под чью-то дудку? Это точно?
— Конечно. Заказ виден сразу. Кому-то помешала ваша фирма.
— Кому?!
— Вопрос не ко мне.
— Ладно, другой вопрос. Почему на Владимира Терентьевича нельзя завести уголовное дело?
— Согласно объявленной недавно амнистии.
— Что за черт? Какой амнистии? Каким боком здесь Горский?
Пожилой адвокат качает головой: ох, горячая молодость…
— Амнистия распространяется на подозреваемых по экономическим статьям, которые имеют на иждивении малолетних детей, — поясняет он.
Мгла прорезается озарением:
— Скажите, Ефим Натанович… Разводом Владимира Терентьевича занимались вы?
— Бумаги готовил я.
— Из-за спешки?
— Именно, — хитрый мудрый взгляд поверх очков благодарит за понимание. — И как вы уже догадались, детей Горский оставил себе.
— — —Глава 2Они ушли от Кристины благополучно, никто не видел. Квартиру оставили — комар носа не подточит. Спецы. Именно за таких людей и возможности Алекс ценит Сычевскую контору.
Колумб сразу распрощался. Горбатый, едва вернувшись в офис, унесся