Высокая магия стр. 140
в обе стороны, слева было темно, из-за другого поворота лился тусклый свет факела. Рядом виднелась решетка еще одной камеры. Гном задвинул засов, поднял лампу и встал передо мной.
– Тебя как звать? – спросил я. – Давно я здесь? Где мы?
Он приоткрыл слюнявый рот и пятерней свободной руки ткнул себя в губы:
– Ым-м…
– Ты… немой, что ли?
– Ыму.
– Ну, извини тогда. Крыжовник, а? Выведи меня отсюда.
Гном направился прочь по коридору, шаркая ногами. Я пошел следом. За поворотом обнаружилось еще несколько решеток, из-за одной вдруг донеслось:
– Эй, братуха…
– Стоять! – Положив ладонь на плечо тюремщика, я повернулся.
Из глубины камеры появился Сэмка Маркелыч. Куртку свою он снял и обмотал вокруг поясницы. В свете факела лицо Маркелыча казалось мертвенно-бледным. Рукава закатаны, порванная на плече рубаха расстегнута до пупа, обнажив исцарапанную грудь и волосатый живот.
– Здесь хоть не так жарко, а? – спросил я у него.
– Этот хмырь тебя выпустил?
– Открой, – сказал я тюремщику. Гном повернулся и взглянул на Сэмку:
– М-м…
Он покачал головой и шагнул дальше по коридору, но я удержал его за плечо и развернул к себе.
– В чем дело? Говорю тебе – открой!
– Ым-м… м-м… – Он показал на меня и кивнул, потом ткнул пальцем в Сэмку и вновь покачал головой.
– Ты только мне согласен помочь, а другим – нет?
Он опять кивнул и собрался уйти, но я схватил его за шею, наклонился и сдернул ключи с ремня.
– Так, папаша, не будем спорить. Выпуская его, ты мне и помогаешь, понял?
Он не сопротивлялся, но и помогать не хотел. Я сам открыл решетку, Сэмка шагнул наружу и принялся разглядывать коридор.
– Где это мы?
– Я думал, ты знаешь. Этот старик немой, не может сказать. Везет мне последнее время на молчаливых гномов. Тебе место незнакомо, как я понимаю?
– Все оружие забрали! – Сэмка хлопнул себя по бедрам. – Даже стилет, который я в сапоге держал. Не, Джанки, незнакомо. Но, чую, над нами еще много этажей. Давит сверху, э? Надо выбираться.
– Выведешь нас отсюда? – спросил я гнома.
Он разыграл целое представление. Двигая двумя пальцами, стал показывать, как мы идем, потом топнул ногой по полу, поднял руку вверх, что-то промычал и затряс головой пуще прежнего.
– Чего он? – спросил Маркелыч.
Наблюдая за гномом, я пояснил:
– Он вроде… Ну типа из этого места он нас выведет, но из всего здания – нет. Ну да, он же простой тюремщик, понимаешь? Хозяйничает здесь, в камерах, а не снаружи…
– Знать бы, где эти камеры находятся, – проворчал Сэмка.
Я подтолкнул гнома, и он повел нас дальше.
– В городской тюряге бывал пару раз, – сказал Маркелыч. – Не похоже на нее это место. Слышишь гул?
– Ага.
Уже знакомый мне звук, в который вплетался плеск, проникал снизу.
– Эй, папаша! Вот это что шумит?
Старик, не оборачиваясь, сделал волнообразное движение ладонью. Сэмка спросил:
– Но как ты его заставил тебя выпустить?
Мне, пожалуй, нравился Сэмка Маркелыч, но Жаргалай, Голова гномьей разведки, предупреждал насчет разглашения этой тайны, и я ответил:
– Случайно так получилось. Он думал, я без сознания, и открыл решетку.
– Да? – Если Сэмка и не поверил мне, то не стал прямо говорить об этом. – Он, наверное, тыщу лет здесь служит, а так обшибся…