Windows. Окна Большого города стр. 146
в окно напротив. На расстоянии вытянутой руки, но параллельно. Никак не сойдутся в одну судьбу. Так, может, следует подтасовать колоду судьбы, соединить две растерявшиеся карты, чтобы выиграть? Всего-то и нужно лишь запустить левую руку в волшебный сундук и выудить из него лицо Оксаны, и Платон к ней вернется.
На скамейке возле подъезда чернела фигура, которая отчего-то взволновала Еву. Она подошла ближе. Это был маленький мальчик. Володя, сын Платона и Оксаны. Шапки нет, куртка расстегнута, на школьных брюках пятно от гуаши. Под скамейкой – рюкзак, несоизмеримый с таким маленьким мальчиком.
– Ты что тут делаешь? – выпалила Ева от неожиданности.
Мальчик посмотрел на нее снизу вверх умным взглядом небольших чуть суженных темных глаз. У него были смешные ушки, как у манула. Он и сам напоминал манула, который осторожно крадется между камней.
– Потерял ключ, пришел к другу, но забыл, в какой он квартире, – сказал Володя, настороженно глядя из-под белой челки.
– Пойдем напою тебя чаем, чего зря мерзнуть, – решила Ева.
– Но я вас не знаю, а в гости к незнакомым ходить нельзя, – заметил он.
– Я подруга твоей мамы Оксаны, мы вместе учились в институте. А твоего папу зовут Платон, угадала? Пойдем, а то весь синий уже от холода.
– Конфет вы мне не предлагали, – раздумчиво протянул Володя, – так что…
Они поднялись в квартиру. Ева поставила чайник, полила клубничным вареньем и придвинула поближе к Володе сырники. Он попробовал один.
– Эти сырники точно такие, как делает моя мама! – закричал он. – Значит, вы не врали, вы правда подруги.
– Давай на ты? – предложила Ева.
– Что с твоей ногой?
– Я ее потеряла в автомобильной аварии.
– Жаль, – вздохнул Володя. – Зато можно не ходить на физкультуру. Ненавижу физкультуру. И педикюр в два раза дешевле.
Еве отчего-то стало невероятно весело и тепло рядом с этим незнакомым мальчиком. Крылья сотни светящихся бабочек затрепетали, и она рассмеялась.
– Я, кажется, впервые смеюсь, когда говорю об аварии, – удивилась она. – Вообще, это страшная история.
У него загорелись глаза.
– Я тоже знаю одну страшную историю. Хочешь, расскажу?
Ева поняла, что Володя больше любил рассказывать, чем слушать. Совсем, как Платон.
– За футбольным полем, у красных домов, растет тростник. Мы первооткрыватели тростника. Раньше о нем никто не знал, это мы его нашли. Так вот, там есть место, где собака загрызла ребенка. А еще там жил бездомный. Кирилл находил в тростнике его куртку… В тростнике растет мандрагора, но это тайна.
– Что за мандрагора?
– Ведьмин корень. Говорят, она растет рядом с виселицей, если человек, которого повесили, ни в чем не виноват.
Ева погладила его по светлым волосам. Блондин.
Володя рассказывал, Ева кивала и улыбалась, чувствуя тепло в груди.
– Однажды, я видел Ангела, – сказал Володя. – Он сидел на нашем окне, сложив крылья.
– Наверное, птица, – с безразличием отозвалась Ева. – Чайка. В Москве их пруд пруди.
Он пожал плечами.
Тепло в груди разливалось, и Ева испытала упоительное чувство. Самое прекрасное, что только может испытать человек без лица. Кто-то его увидел.
Когда Володя собрался домой, Ева быстро сказала:
– Приходи ко мне завтра. Я закажу пиццу.
– Маргариту? – обрадовался Володя. – Я приду. Обожаю маргариту.
И он стал приходить каждый день. Ева готовила к приходу Володи обед, они вместе делали уроки,