Библиотека

Windows. Окна Большого города стр. 155

Размер шрифта
-
+
Тема

девушке. Без особенностей. Это было волшебное, упоительное чувство.

Наконец, Ева добралась до подъезда и под руку с Андреем поднялась по ступенькам. Он пристально смотрел, как она безуспешно пытается выровнять дыхание.

– Приходи завтра в бассейн. Не могу забыть твой красный купальник.

После аварии она так и не добралась до бассейна. Ни разу. И убедила себя, что просто не любит плавать. Дома Ева отыскала знаменитый красный купальник и примерила, разглядывая себя в зеркальную дверцу шкафа-купе в коридоре. Злые глаза, уголки губ опущены. По плечам струились черные волосы, перемешанные с серебряными нитями. Невозможно. Да и времени на бассейн нет. Ева собиралась подшить платье, которое недавно купила, оно казалось слишком длинным.

Есть вещи, на которые время накладывает фильтр. Они меркнут, уходят в тень, уступая место своим более современным версиям. Пишущая машинка, патефон, швейная машинка. Шить Ева не умела. Она долго искала в интернете ближайшее ателье, которые тоже словно стали призраками, пока наконец не обнаружила одно в своем районе. Впрочем, на месте ателье оказался продуктовый магазин. Ева в рассеянности вошла внутрь. Молоко, мясо, овощи-фрукты.

– А ателье? – обратилась она к продавщице.

– Туда, – махнула она пухлой ладонью, – по коридору дверь налево.

Ева вошла в неприметную дверь между мясным и молочным отделом и оказалась в тоннеле темного коридора с низким потолком. Боясь споткнуться, она наощупь преодолела его и очутилась в каморке швеи, угол которой был завален отрезами тканей всех мастей. Поверх отрезов громоздилась корзинка с разноцветными клубками шерсти, а возле нее примостился белый кот. В корзинку он уже не помещался. В середине комнаты был стол, на котором лежала пестрая раскроенная и разлинованная обмылком ткань. У стола на потрепанном стуле сидела Маб. Вид она имела деловой, на носу очки, через шею перекинута лента сантиметра. Это был второй раз, когда они встречались наяву.

Важность Маб смутила Еву, и она замешкалась на пороге.

– Что вы хотели? – строго спросила Маб.

Она сделала вид, что не узнала Еву. И Ева решила ей подыграть.

– Подшить платье.

– Будете мерить?

Ева заглянула в кабинку примерочной с занавеской на петлях и вышла в новом черном платье, доходящем ей до середины икры. Она в нерешительности застыла возле стола, на котором лежала ткань со штрихами линии, обозначенной обмылком, и невольно коснулась рукой этой вызывающе яркой ткани.

– Павлины? – удивилась Ева. – Интересная расцветка.

Маб улыбнулась и склонилась над ее юбкой, подгибая подол.

– Древние верили, что павлин каждый год скидывает свой хвост, как дерево листву. А весной хвост снова отрастает.

– Как можно вновь обрести то, что потеряно? Павлин же не ящерица. Смешно.

– Дело не в этом. Надо потерять, чтобы обрести. – Маб взглянула на нее из-под очков. – Ты так много потеряла, почему же отказываешься обрести вновь?

Маб распрямилась, не подколов подола. Ева в удивлении на нее посмотрела.

– Не надо ничего подшивать и перекраивать. Все идеально. По моде.

Она протянула Еве пожелтевшую бумажку, которая оказалась трамвайным билетиком, какие были раньше. Вещь-призрак. На билете было шесть цифр, первые три и три последние давали в сумме одинаковое число.

– На счастье, – улыбнулась Маб.

За окном ателье разливались бескрайние луга. Ветер гнал волну, ерошил шелковистую траву, как шерсть большого прекрасного зверя. На лугах паслись кони, гривы которых заплетены

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.