Холодная месть стр. 154
настоящий ад устрою.
— Дорогой Винсент, отлично!
— Но… черт возьми, вы не хотите, чтобы я пошел с вами в парк, к этому лодочному домику? Ну, на случай проблем…
Пендергаст покачал головой:
— Винсент, в любом другом случае я, несомненно, принял бы вашу помощь. Но безопасность Констанс очень важна. Вы, конечно, вооружены?
— Конечно.
Лифт опустился, двери с тихим шорохом раздвинулись. Констанс, лейтенант и Пендергаст вышли в юго-западный вестибюль и ступили во внутренний двор.
— Возможно, Эстерхази устроил ловушку, — заметил д’Агоста, хмурясь.
— Сомневаюсь. Но я принял меры предосторожности на случай, если нам захотят помешать.
Они прошли под аркой, устроенной на манер замковых ворот с опускающейся решеткой, вышли на Семьдесят вторую улицу. У будки привратника ожидал неприметный автомобиль, за рулем — полицейский в форме. Д’Агоста осмотрелся, затем открыл для Констанс заднюю дверь.
Девушка повернулась к Пендергасту, коснулась его щеки легким поцелуем.
— Береги себя, Алоизий! — прошептала она чуть слышно.
— Я вернусь к тебе, как только смогу, — заверил он.
Она пожала на прощание его руку и села в машину.
Д’Агоста закрыл за Констанс дверь, сам зашел с другой стороны. Пристально посмотрел на Пендергаста:
— Эй, партнер, вы уж на рожон не лезьте, ладно?
— Я приложу все усилия, чтобы последовать вашему совету и в прямом, и в переносном смысле.
Лейтенант уселся, захлопнул дверцу. Машина тронулась и вскоре растворилась в сгущающемся сумраке.
Пендергаст проводил ее взглядом, затем вынул из кармана крошечные наушники с микрофоном, надел и закрепил. Сунув руки в карманы пальто, перешел широкую авеню. Вошел в Центральный парк и скрылся среди зарослей, направляясь по извилистой тропинке к Консерватори-Уотер.
Глава 82
Было без пяти минут шесть вечера. Центральный парк казался дремотным, зачарованным воплощением картины Магритта: ярко освещенное небо, под ним — окутанные сумраком деревья, мрачные дорожки между ними. Ток городской крови замедлился с вечером, такси неторопливо катились по Пятой авеню, ленясь даже загудеть клаксоном.
Мемориальный лодочный домик с его рыжей кирпичной кладкой и позеленевшей бронзой казался игрушкой кондитера. Поверхность пруда была идеально гладкой. За ним, за тонкой каймой деревьев, одетых в потускневший осенний багрянец, громоздились мегалиты Пятой авеню. Каменные фасады розовели в лучах уходящего солнца.
Специальный агент Пендергаст прошел сквозь вишневую рощу на Пилигрим-хилл и остановился в длинной тени, отбрасываемой деревьями, чтобы внимательно рассмотреть лодочный домик и окрестности. Вечер выдался для поздней осени необыкновенно теплым. Поверхность овального пруда не тревожил ни единый ветерок, на водной глади пылали карминные, пурпурные, багряные цвета заката. Кафе по соседству с лодочным домиком было закрыто. У берега горстка моделистов, мечтающих о собственных яхтах, возилась с моделями. Рядом сидели и лежали, лениво болтая руками в воде и глядя на кораблики, несколько малышей.
Пендергаст медленно обогнул пруд, прошел мимо статуи, изображающей персонажей «Алисы в Стране чудес», приблизился к лодочному домику. На каменном парапете у пруда стоял скрипач, играющий «Сказки Венского леса», явно злоупотребляя вариациями темпа. На скамейке перед домом сидела влюбленная парочка, шепталась, целовалась тихонько, рядом на скамейке — одинаковые рюкзаки. На соседней скамейке восседал Проктор, одетый в костюм из темного твила и погруженный в чтение «Уолл-стрит джорнал». Торговец жареными каштанами и кренделями уже закрывал свою будку, а в глубокой тени за лодочным домиком, в зарослях рододендронов готовил ложе из
картона