Холодная месть стр. 156
ни стало, вдвоем, и только вдвоем, раз в месяц глядели на восходящую полную луну.
Это и убедило разум Пендергаста в том, во что и так уже поверило сердце: перед ним — настоящая Хелен.
Глава 83
Эстерхази держался на приличествующем расстоянии от воссоединившейся пары, заняв позицию вблизи лодочного домика. Там он и ждал, сунув руки в карманы, наблюдая за спокойным, благодушным течением жизни вокруг. Скрипач доиграл вальс, принялся за весьма сентиментальную трактовку «Лунной реки».
Страх перед «Ковенантом» немного отступил. Да, они уже знают, что Хелен жива. Они сильны… но Пендергаст теперь союзник, и тоже весьма могущественный. Все будет в порядке.
В дюжине ярдов от него последний судомоделист вынул кораблик из воды, стал разбирать и класть детали в алюминиевый ящик, в пенопластовые гнезда. Эстерхази смотрел, как Хелен с Пендергастом медленно прогуливаются вдоль пруда. Впервые в жизни он ощутил неимоверное, бескрайнее облегчение — словно отыскал наконец путь наружу из огромного лабиринта, хитросплетения зла, где блуждал с самого раннего детства. Все произошло так внезапно… невозможно поверить. Будто родился заново.
Однако, несмотря на идиллию вокруг, он не мог избавиться от застарелой, привычной настороженности. Ведь нет абсолютно никакого повода для тревоги, но все же… «Ковенант» никак не мог узнать о месте встречи. Несомненно, тревога эта — всего лишь
следствие давней привычки всегда и везде быть настороже…
Он пошел вслед за парой, но держался поодаль, позволяя им побыть наедине. «Дакота» неподалеку, десять минут по извилистым дорожкам парка, где полно прохожих. Но пока они не торопятся. Разговаривают тихо, медленно обходя пруд.
Когда снова подошли к лодочному домику, Пендергаст сунул руку в карман и вынул золотое кольцо с большим звездчатым сапфиром.
— Узнаешь его?
— Даже не представляла, что увижу его снова, — прошептала Хелен, краснея.
— А я не представлял, что вновь смогу надеть его на твой палец — пока Джадсон не сказал, что ты жива. Я знал: он сказал правду, хотя никто другой и не поверил.
Он потянулся к ее левой руке. Пальцы еще чуть подрагивали.
Но, подняв ее руку, Пендергаст застыл в растерянности. Кисти не было — только обрубок с уродливым шрамом на оконечности.
— Но отчего твоя рука? Я думал, сестра…
— Все пошло не как планировалось. Было жутко… Слишком сложно и трудно объяснять все сейчас.
— Хелен, скажи, зачем ты согласилась с этим ужасным планом? Почему скрывала от меня столько всего: «Черную рамку», Одюбона, семейство Доан и остальное? Почему ты…
Она оборвала его жестом:
— Давай не будем об этом сейчас. Потом. У нас хватит времени на все.
— Но как же Эмма, твоя сестра… ты знала, что ею пожертвовали?
Лицо ее стало мертвенно-бледным.
— Я узнала лишь потом… после всего…
— Но ты не давала знать о себе столько лет! Как я могу…
Хелен взмахнула здоровой рукой, прося его замолчать:
— Алоизий, остановись, прошу тебя! Всему есть причины. Это страшная история, по-настоящему страшная. Я расскажу тебе все. Но не здесь и не сейчас. Пожалуйста, давай уйдем отсюда!
Она попыталась улыбнуться, но на побелевшем лице улыбка выглядела жутковато. Подняла правую руку, и Пендергаст молча надел кольцо на безымянный палец. Он быстро посмотрел по сторонам. Кажется, ничего не изменилось. Все спокойно и безмятежно. Двое бегунов трусят со стороны водохранилища. Плачет маленький ребенок,