Библиотека

Христо-люди стр. 121

Размер шрифта
-
+
Тема

постараться убить его?!

Ответ поразил меня. Я не сознавал, что посылаю мысль так далеко.

- Оставь его, - донеслась до меня простая и ясная мысль женщины с Цейлон. - Ваша задача выжить. Ни его вид, ни его способ выжить, ни умение мыслить - не проживут долго. Пусть он венец создания, а они - высшая цель господа, которая уже достигнута, но им некуда двигаться дальше. Любая дорога, по которой идешь до конца, приведет в никуда. Карабкайтесь в гору чуть-чуть, только для того, чтобы проверить, гора ли это. С вершины горы нельзя увидеть гору. Но жизнь изменяется, этим она и отличается от гор, изменение - ее сущность. Кто может считать себя настолько совершенным, что не стремится измениться?

Формы жизни на свой страх и риск бросают вызов эволюции. Если они не приспособляются, то они гибнут. Мысль о совершенно закончившем свое развитие человеке - высшее тщеславие. Закончивший развитие облик - кощунственный миф.

Древние люди принесли в мир Наказание, и были разорваны им на части. Твой отец - одна из этих частей. Такие люди хотят… Повторить историю. Они и приобретут нужную им стабильность - среди ископаемых.

Ее мысль стала более мягкой, тень доброты смягчила ее, но она продолжала все в том же стиле резкого оракула.

- У материнской груди спокойно, но наступает время отлучить ребенка от нее. Обретение независимости, обрыв связей - даже в лучшем случае - процесс болезненный для обеих сторон, но он необходим, хотя человек может выражать недовольство, сопротивляться. Связь все равно разорвана с одной стороны, и будут только лишние мучения, если не разорвать ее с другой.

Была ли суровая нетерпимость и жесткая нравственность броней страха и разочарования, или же маской садиста - в любом случае она скрывает врага жизни. Разница между видами может быть уничтожена только самопожертвованием, их самопожертвованием, так как нам нечем жертвовать. Мы должны построить новый мир, они же теряют старый.

Она замолчала, оставив меня в смущении. Розалинда выглядела так, будто свыклась с необычными мыслями, а Петра, казалось, мало что поняла. Софи с любопытством смотрела на нас. Затем она сказала:

- Смотреть на вас постороннему не очень-то приятно.

Могу я что-нибудь узнать?

- Ну… - Начал я, не зная, как продолжать.

- Она говорит, что мы не должны беспокоиться о своем отце, - сказала Петра. - Он просто не понимает…

- Она? - Спросила Софи.

Я вспомнил, что она ничего не знает о людях с Цейлона.

- Подруга Петры, - неопределенно сказал я.

Софи сидела у входа в пещеру, а мы в глубине, чтобы не быть замеченными снаружи. Вдруг Софи выглянула и посмотрела вниз.

- Возвратилось много людей, - сказала она. - Я думаю, что большинство. Часть из них собралась у навеса Гордона, остальные вошли туда. Он, должно быть, тоже возвратился.

Она продолжала смотреть вниз, поедая содержимое своей чашки. Потом поставила ее на пол.

- Я посмотрю, что можно сделать, - сказала она и исчезла.

Ее не было больше часа. Раз или два я рискнул выглянуть и видел человека-паука перед навесом. Мне показалось, что он делил своих людей на отряды и инструктировал их, чертя схемы на рыхлой земле.

- Что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.