Хроника Азии стр. 1
ХРОНИКА ВЕЛИКОЙ ВОЙНЫ – 5
Хроника Азии.
КОВАРСТВО И ЛЮБОВЬ СОГДИАНЫ.
Пролог:
Продолжая свою долгую и безуспешную погоню за Бесом, ранней весной Александр вывел свои войска в равнинные земли южной Бактрии, одолев за короткий период заснеженные труднодоступные горные перевалы. Перед греками и македонцами лежала покрытая снегом пустыня, лишенная Бесом всего живого, что бы затруднить продвижение противника. Но, несмотря на глубокий снег и нехватку самого необходимого, Александр упрямо шел вперед. Теперь он уже не был в глазах многих удачливым ловцом воинского счастья. Отныне он обладал огромными землями с многочисленными городами и множеством подданных своего государства. Александр удачно пережил еще один заговор на свою жизнь, жестоко подавил попытку части македонцев закончить войну и оставить Беса на произвол судьбы.
Выполняя взращенная Аристотелем, мечта о мировом господстве, заставляла юного полководца двигаться дальше, что бы присоединить к своей империи Бактрию, Согдиану и Хоразмию. Помня историю, Александр прекрасно осознавал, что именно здесь он может получить достойный отпор своим планам и желаниям. Согдов и бактров не нужно было ни от кого освобождать и взыскивать с них за старые долги, а силу ударов их всадников, полководец прекрасно помнил со времен битвы при Гавгамелах. Продолжались брожения среди всех слоев войска, уставших от столь долгой войны и уже порядком обремененных богатой добычей. Единственным оправданием перед ними, за эту долгую войну, был Бес - Артаксеркс четвертый, сатрап Бактрии. Его голова была необходима царю как трофей в этом полном опасности и невзгод походе. Бес реально мог угрожать спокойствию македонцев в их счастливой жизни после войны.
И так, 329 г. до н.э. лето, Бактрия.
Глава I. Два разных взгляда на одну проблему.
- Этот Бес жалкий трус - гневно доказывал стратег Эригний таксиарху Птоломею стоя посреди шатра царя Александра, где проходил военный совет. Вот уже более часа между двумя военачальниками македонского царя шел яростный спор по поводу дальнейшего ведения кампании. Каждый из них отстаивал свою точку зрения перед Александром, который с интересом слушал доводы спорщиков. Многие из командиров, разделяющих мнение Эригния, были сильно удивлены и озадачены столь трусливым с их точки зрения, поведением новоявленного персидского владыки. Он вновь и вновь уклонялся прочь от решающей битвы с противником, и упрямо уходил вглубь Бактрии.
- На что он надеяться, непонятно - продолжал Эригний, оппонируя Лагу, который усматривал в действиях противника хитрый и коварный ход, призванный заманить преследователей в ловушку.
- Перс полностью проиграл свое дело, когда не ударил по нашим солдатам на горных перевалах. Тогда они были совершенно беззащитны и истощены после снежной бури и длительного голода. Сто против одного, что мы бы тогда не выдержали и неминуемо откатились в Арахозию. Бес отказался от сражения, когда мы расположились лагерем у реки и в случая нападения не смогли бы грамотно организовать отпор врагу. Теперь же он оставляет без боя свою столицу Бактры, которую можно долго оборонять, и отступает на север, уводя своих солдат, прочь с их родной земли. Разве это не трусость!?
Обличительная речь стратега нашла